- Мне? Но почему?
- Глупая, - ласково сказал он, отчего по венам богини вместо крови заструился огонь, - Неужели ты не видишь, что сделала со мной?
Он взял ее руку и приложил туда, где билось его горячее сердце. Богине уже было все равно, увидит их кто-нибудь или нет. Правда, олимпийцы были заняты своими делами, лишь Афродита украдкой, улыбаясь, поглядывала на друзей. Она наслала на Аполлона и Афину легкую дымку, чтобы никто не мешал им беседовать.
- Аполлон… - начала Паллада, стараясь придать своему голосу твердость.
- Шшшш, не надо, не говори ничего.
- Я только хотела сказать… Спасибо тебе. Эта мелодия… Я никогда не слышала ничего прекраснее. И когда ты сказал, что посвятил ее мне, я…
Аполлон вздохнул. Он любил многих женщин – богинь, нимф, смертных. Но так сильно – впервые. Он боялся, что Афина отвергнет его. Несмотря на то, что Феб зашел дальше других богов, добиваясь ее, он так и не смог понять, как она к нему на самом деле относится. Между ними явно что-то было, но что? Даже сейчас он не мог разгадать ее взгляд. Но Афина не отнимала руку – уже хороший знак.
- Не трудись подобрать слова, ты ничего не должна мне, богиня, - сказал он, наконец. – Это я должен благодарить тебя за то вдохновение, которое ты мне подарила. Я пойду к сестре, проверю, как она. Не уходи, не попрощавшись со мной, хорошо?
Дождавшись кивка от Афины, он направился к Артемиде. Сквозь любовь к Палладе Феб чувствовал беспокойство за сестру. Не так давно став богиней, она уже готовилась принять участие в грандиозной битве. Хватит ли у нее на это сил? Аполлон вспомнил восстание титанов, когда он и другие молодые жители Олимпа только учились азам божественного предназначения. Они мало что умели, но им пришлось вступить в долгую и жестокую схватку, продлившуюся несколько месяцев. Они выстояли, и Артемида тоже справится, в этом бог не сомневался. Но на всякий случай решил во время боя держаться рядом с ней.
Дочь Латоны сидела возле небольшого куста с пышными розами, источающими великолепный аромат – их вырастила по всему Олимпу сама златая Афродита. Артемида наблюдала за богами. Она выросла в атмосфере почитания могущественных олимпийцев, поклонялась им, участвовала в обрядах, а теперь стала одной из них. Порой мойры, богини судьбы, преподносили весьма интересные сюрпризы. Артемида хмыкнула, вдруг вспомнив, что когда-то давно была влюблена в Аполлона.
- Чему улыбаешься? – не преминул тот появиться.
- Знаешь, я только сейчас вспомнила, что была влюблена в тебя в детстве, - откликнулась богиня.
- Какой ужас, Артемида, я же твой брат! – изумился Феб.
Богиня метнула в него уничтожающий взгляд.
- Мне было всего двенадцать лет! Я участвовала в празднествах в твою честь. Меня часто выбирали, потому что я танцевала лучше многих моих сверстниц…
- И была намного красивее их…
- Возможно. Так вот. Один раз ты явился нам. Или это была общая галлюцинация – жрецы раскурили в тот вечер какой-то ароматный дым, возможно, он так подействовал на нас. Но я до сих пор не помню лицо того Аполлона, который нам явился. Не знаю, был ли это на самом деле ты. И я год после этого мечтала, как вырасту, ты увидишь меня, полюбишь и заберешь с собой на Олимп.
- Почти так и случилось, - засмеялся Аполлон. – Только с небольшими поправками.
- Думаешь, я уже тогда чувствовала свою судьбу?
- Думаю, да. Твоя божественная сущность всегда была с тобой. Только она была спрятана глубоко внутри.
- И все же, я до сих пор слабее любого из вас.
- Так только кажется. У тебя было не слишком много времени, чтобы до конца раскрыться, не будь к себе строга, - утешил ее Феб. – Знаешь, сколько мне пришлось развивать ту силу, которая у меня сейчас есть? А сколько было ошибок и разочарований? Я несколько раз пытался убить Пифона, сторожившего нашу мать, но, как ты знаешь, получилось у меня это только тогда, когда ты вернулась на Олимп. Было время, когда я вообще перестал верить в свои силы, считал, что ни на что великое не способен. Так что, не вешай нос, сестренка. Прогоним Аида и компанию и будем усиленно тренироваться. Вот увидишь, ты станешь великой богиней.
Аполлон обнял сестру и лукаво подмигнул смотревшему на них Дионису. Афродита как-то шепнула ему, что юный бог вина явно выделяет Артемиду среди других богинь, и Аполлон решил помочь ей свести сестру и Диониса. Он знал, что эмоции и чувства питают силу богов также, как вера людей в них. Исключение составляла лишь Афина, невозмутимая и не подверженная частым перепадам чувств. Именно это и было ее главной силой – спокойный, ясный разум и всепобеждающая мудрость.