Рядом с Гефестом и Прометеем, грозно нахмурив брови, возвышался новый бог Олимпа Геракл, а также титаны Кей, Крий, Иапет, Гиперион. Могущественного Океана никто не решился побеспокоить – Зевс ни за что не обратился бы к нему, Аид же так и не смог придумать, что предложить титану за помощь, поэтому тоже решил его не трогать. Хотя, возможно, это и было ошибкой – его участие в битве могло дать неоценимое преимущество.
Борьба развернулась по всему Олимпу. Гефест крушил налетевших врагов огромным молотом, действуя четко и размеренно, как будто продолжал ковать доспехи в своей кузнице. Арес, неистовый и безудержный в бою, воплощенная ярость, жестокость и мастерство, бился так неуловимо быстро, что одолеть его казалось невозможным. Посейдон, не скрывая жестокого удовольствия, насаживал врагов на острейший трезубец, Гелиос, опалял солнечным светом всех, кто подлетал к нему слишком близко. Неистовствуя, сражались титаны, полные отвращения к подземным тварям. Аполлон и Артемида, стоя спина к спине, разили врагов не знающими промаха стрелами, ничто не могло укрыться от их зорких глаз.
- А она молодец, - улучив минуту, сказал Посейдон Зевсу, указывая на Артемиду. – Не ожидал от новой богини такого мастерства и храбрости. Думал, испугается.
- О, моя дочь рождена для этого, - с гордостью ответил громовержец.
Охотница действительно вся отдалась схватке. Первые минуты боя ее охватило страшное напряжение, из-за которого тело совершенно перестало слушаться богиню. Но после нескольких выстрелов она расслабилась. Каждое ее движение было четко отработано: стрела – тетива – выстрел, стрела – тетива – выстрел… Она успевала следить за каждым богом и богиней, чтобы при возможности помочь им, прикрыть. Артемида попыталась найти взглядом Афину, чтобы посмотреть, как она сражается, но ее нигде не было. Дочь Латоны, не опуская лук, снова внимательно осмотрела поле боя.
- Не можешь определиться со следующей жертвой? – спросил Аполлон, заметив метания сестры. Вжик – и рядом с ним упало очередное существо, покрытое черными перьями, очень похожее на ворона-переростка. – Бей в любого, не ошибешься.
- Я что-то нигде не вижу Афину, - напряженно ответила ему сестра.
- Должна быть где-то здесь… - растерялся Аполлон, озираясь. – Да вот же она, смотри!
Богиня стояла чуть в стороне, спокойно наблюдая за битвой, и выжидая удобный момент, чтобы самой вступить в бой. Феб залюбовался любимой. Высокая, статная, в легкой эскомиде, открывавшей длинные, сильные ноги, в сверкающих доспехах, она была неотразима. Постояв еще немного, богиня вздохнула и легким шагом вошла в самую гущу врагов. В одной руке она держала, слегка приопустив, ослепительно яркий щит, другой же крепко сжимала великолепно сделанное копье. Гефест постарался, создавая оружие для подруги. Осмотревшись, Афина сделала еще один шаг вперед.
- О, теперь начнется самое интересное, - заулыбался Аполлон. – Ведь ты еще ни разу не видела, как сражается наша богиня войны?
Артемида замерла, пытаясь разглядеть, что делает ее подруга. Но та снова остановилась. Вокруг нее постепенно образовался круг из подземных существ. Казалось, даже шум боя немного стих – все жители царства Аида знали, что представляет собой в бою Афина Паллада, и боялись нападать на нее.
- Ну же, - негромко, без злости сказала богиня. – Если не хотите драться со мной, может, тогда просто все уйдете отсюда?
Гарпии, особенно ненавидевшие дочь Зевса, будто очнулись и накинулись на нее, оглушительно визжа. Но Паллада, сделав несколько едва уловимых движений, с легкостью отбросила их от себя. Чуть помедлив, гарпии снова атаковали ее, но результат был тот же. Вдруг Олимп снова сотрясся. Боги оглянулись и увидели циклопов. Огромные, могучие, они буквально снесли ворота Олимпа. Посейдон нахмурился. Хоть он и не любил своих сыновей за их свирепость и уродство, но всегда старался помогать им. А они перешли на сторону Аида.
- Я предлагала поговорить с ними, но Афина сказала, что это может сделать только Посейдон, - шепнула Артемида брату.
- Так и есть, - вздохнул он. – Уж больно они свирепые. И тупые, видимо, раз решили идти против нас.
Одноглазые великаны, тем временем, со всех ног бежали к олимпийцам, дробя грубыми пятками мраморные дорожки, круша прекрасные беседки и колонны, возникавшие на их пути. Один из них занес дубину над Афиной, которая вступила в яростный бой с Ехидной.