- Идемте за мной, - бросила она и, развернувшись, стремительным шагом направилась обратно во дворец.
Артемида и Афродита, еле сдерживаясь, чтобы не побежать, отправились следом. Посреди их комнаты стоял большой чан с водой. Афина, закрыв дверь за богинями, встала возле него, тихо и нежно что-то нашептывая. Затем она подняла ладонь, и вода, вытягиваясь вверх, направилась следом за ней и закачалась, ожидая дальнейших приказаний. Богини ахнули. Ободренная Афина сделала кистью несколько кругов, и струя послушно затанцевала, а затем, следуя указаниям богини, вернулась в чан.
- Вот это да! – восхитилась Артемида. – Афина, прости, что не поверила тебе! Как я могла сомневаться!
Афродита заулыбалась. Им всем не терпелось уйти отсюда. И теперь, наконец-то, представился шанс попасть домой.
- Когда уходим? – воодушевившись, спросила богиня охоты.
- Придется подождать еще месяц, - отозвалась Афина. – Мне нужно отточить навыки. Вы будете делать это вместе со мной, чтобы вода и вас запомнила. И еще вам нужно научиться драться. Хотя бы немного. Артемида уже умеет, но тренировки не будут лишними. Мы давно не практиковались.
- Драться? – скривилась Афродита. – Это еще зачем?
- Затем, что на поверхности теперь все по-другому. Мало отсюда уйти, надо еще добраться до Олимпа. Что будет, если мы встретим на пути тварей Аида? Не можешь же ты зацеловать их до смерти.
- Я вообще целовать их не буду, - буркнула богиня любви. – Но драться… Ладно, ты права, это пригодится.
Начались насыщенные дни подготовки. Чтобы никто ни в чем их не заподозрил, тренировались богини каждый раз в разное время суток, меняя комнаты. Они продолжали ходить с мрачным видом, хотя сердце у них пело от радости и надежды. У пенорожденной получилось наладить контакт с водой практически сразу – видимо, память о ней море все-таки сохранило и приняло богиню за свою. А вот с умением драться все было далеко не так радужно – нежные руки Афродиты были созданы для любви, но никак не для сражений. У Артемиды же все было с точностью до наоборот – вода с завидным упрямством отвергала ее по неизвестным причинам, но тактикой ближнего боя она овладела с легкостью, уже получив некоторый опыт перед битвой богов.
Подготовка к побегу осложнялась не только вынужденными прятками во время обучения. Богинь не упускал из виду проницательный Посейдон. Он легко мог заметить малейшее изменение в их поведении и настроении, поэтому им нужно было сохранять осторожность во время разговора с ним. Каждый день теперь проходил в напряжении, ведь бог морей регулярно встречался с племянницами, пытаясь наладить с ними отношения.
- Может, хватит уже дуться на меня, - сказал он как-то во время совместного ужина.
Богини напустили на себя отсутствующий вид, потягивая из кубков нектар. Амфитрита сидела рядом с ними, сочувствующе поглядывая то на жительниц Олимпа, то на мужа. Ее доброе сердце разрывалось от тоски, но никому из них богиня помочь не могла – она понимала, что ее муж не может нарушить данное им слово. К тому же, здесь они действительно были в безопасности.
- Вы же все прекрасно понимаете, - предпринял Посейдон очередную попытку наладить разговор. – А ведете себя как малые дети. Я всего лишь хочу вас защитить!
Пять долгих дет он пытался помириться с ними, но богини были неумолимы. Не выдержав, колебатель земли покинул зал.
- Да простили бы вы его уже, - вздохнула Амфитрита. – Невыносимо смотреть на вашу ссору. Ведь он желает вам добра.
- Он не имел права решать за нас такие вещи, - ответила ей Афина. – Мы понимаем, что он хотел помочь. Но для меня лучше было бы остаться с отцом.
- И попасть под меч Аида?
- Возможно, - как-то странно усмехнулась Афина. Она никому не рассказала о той сцене в шатре. – А возможно и нет. Я вообще удивляюсь, как он еще не нашел нас. Ведь он уже был здесь однажды.
- Вода умеет хранить тайны, - сказала, вздохнув, Амфитрита.
Изнуряющие тренировки продолжались, но результат того стоил – Афродита, наконец, научилась неплохо управляться с шестом, Артемида же практически догнала свою наставницу. И каждая из них смогла наладить нужный контакт с водой. Наконец, настал день, когда богини поняли – они готовы уйти.