- Отведи нас к Зевсу и другим богам, - вдруг рванулась вперед Артемида.
- Прости, не могу, - удивленно посмотрел на нее Аид. – И мне действительно жаль так поступать, но это необходимо. Потому что вы слишком опасны.
Богини не успели понять, что происходит, как на их запястьях что-то щелкнуло.
- Мог бы и поинтереснее побрякушки подарить, - заметила Афродита, рассматривая толстые золотые браслеты. – Не самая тонкая работа.
- Это не просто украшения, - усмехнулся Аид. – Их придумал мой юный друг Эврипион. Это зачарованные кольца, блокирующие силу богов.
Во время разговора с Аидом богини совершенно забыли про сына Гефеста, но он все это время был тут, с интересом разглядывая прекрасных пленниц.
- Как ты мог предать своего отца, несчастный? – вдруг повернулась к нему Афродита. – Что такого Аид пообещал тебе? Чего тебе не хватало на Олимпе? Ведь мы всегда хорошо к тебе относились!
- Мне не нужно было просто хорошее отношение, я хотел быть богом, равным вам, - хищно улыбнулся Эврипион. – Но ни вы, ни отец не считали мою просьбу справедливой. Мне пришлось добиваться желаемого своим трудом.
- И что, удачно? – насмешливо поинтересовалась Афродита. – Ты уже стал богом?
- Пока нет, - слегка покраснел Эврипион, бросив быстрый взгляд на Аида. – Но это лишь вопрос времени.
Царь Олимпа неопределенно мотнул головой и бросил богиням:
- Следуйте за мной, нам нужно многое обсудить.
Одно из существ схватило Афину за руку, но она так ударила его, что он осел на землю.
- Если у нас отобрали божественную силу, это не значит, что у меня не осталось своей, - спокойно сказала она. – Еще раз дотронешься до меня или моих подруг, оторву тебе голову голыми руками.
Столпившиеся слуги Аида зарычали, но верховный бог поднял руку, успокаивая их. Знаком он пригласил богинь следовать за собой, сопровождающим же пришлось плестись следом.
Чем дальше вглубь олимпийских садов они продвигались, тем явственнее становились следы разрушений. Красивые ровные дорожки из драгоценного розового мрамора были раздроблены, лужайки превратились в безобразные черные пятна выжженной земли. Никто не умел строить дворцы так, как Гефест, поэтому тем, кто остался на Олимпе, пришлось расселяться в еще оставшихся целыми чертогах. Наконец, Аид подвел богинь к бывшему дворцу Зевса и Геры. У Афины сжалось сердце, когда она увидела знакомые залы, где они так часто обсуждали с отцом все важные дела.
- Здесь я вынужден вас разделить, - Аид остановился. – С каждой по отдельности будут беседовать мои помощники.
- Ты же сказал, что нам нужно многое обсудить, - резко повернулась к дяде Паллада.
- Так и есть, - спокойно ответил ей владыка. – Я еще побеседую с вами. Но чуть позже.
Богини обменялись ободряющими улыбками и разделились. Один из крылатых слуг Аида подошел к Афине и по привычке протянул к ней руку, но, заметив взгляд пленницы, отшатнулся и знаком показал следовать за ним. Пройдя несколько поворотов, они подошли к неприметной двери. Открыв ее, существо запустило Афину внутрь. Комната оказалась пустой, лишь у окна стоял небольшой письменный стол, на котором были разложены листы бумаги и палочка, предназначенная для письма. Богиня не помнила этого помещения, хотя ей казалось, что в доме отца она знает все.
- Здравствуй, - раздался вдруг до боли знакомый голос. Затем появился и его обладатель.
- Аполлон! – радостно воскликнула Афина.
Увидев его, богиня испытала противоречивые чувства – радость от того, что он жив, что не пострадал, и, в то же время, удивление и непонимание, почему он здесь, а не в Тартаре. Шагнув ему навстречу, Паллада внимательно посмотрела на возлюбленного. И вдруг ее озарила страшная догадка. Богиня сжалась, снова отступив назад.
- Как я рад тебя видеть! Я так давно мечтал о нашей встрече! – Аполлон, не заметив ее взгляда или не придав ему значения, направился к ней, раскрыв объятия. Но Афина резко сделала еще один шаг назад. – Ты что же, не хочешь обнять меня после столь долгой разлуки?
- Пожалуйста, скажи мне, что ты тоже пленник в этом дворце, - дрогнувшим голосом попросила она.