Уже отчаявшись найти беглянок, Аид рвал и метал, и приближенные старались не попадаться ему на глаза в такие моменты. Призвав к себе Феба, владыка велел ему отправиться к Латоне – может, увидев сына живым и невредимым, она на радостях выдаст ему убежище, где прячутся богини? Он был уверен, что бывшая возлюбленная Зевса знает, где сейчас ее дочь. Латона встретила сына с радостью, ведь она так боялась за него! Но, узнав, какую роль теперь играет на Олимпе златокудрый бог, разъярилась.
- Как ты мог? – кричала она на сына. – Как ты мог предать Зевса, предать свою семью, Аполлон? Надеюсь, что Артемида ничего не знает об этом!
- Я сделал то, что должен был, - спокойно ответил Феб, разрываясь внутри от тоски. – Давай сейчас не будем об этом. Нам нужна твоя помощь, мама. Мы не справляемся. Нужно поддержать оставшиеся силы природы, ты сможешь сделать это вместо Деметры?
Латона рассматривала сына. Она не видела его много лет, не принимала участия в его воспитании, но, все же, не могла поверить, что он вырос таким – готовым предать близких ради собственной выгоды. Конечно, материнское сердце всегда видит в своих детях только лучшее, не желая знать о худшем. И все же, что-то здесь было не так. Но что?
- У меня нет желания разговаривать с предателем, - наконец, ответила она сыну. И, смягчившись, добавила: - Мой тебе совет – найди сестру как можно быстрее, дружок. Я не знаю где она и другие богини, это правда. И поддерживать силы природы не буду. Ты мой сын, я люблю тебя, и это никогда не изменится. Но если я помогу тебе сейчас, это будет означать, что я одобряю твои действия. А это не так.
Аполлон вернулся к Аиду ни с чем, и новоявленному царю пришлось смириться с неудачей. Молодые боги продолжили свою работу – каждый день они осматривали Олимп, спускались на землю, изучая урон, нанесенный людям и природе. А в то утро, блуждая среди разрушенных чертогов богов, Феб вдруг почувствовал присутствие сестры и любимой. Он дернулся и повернулся в сторону ворот, хоть их и не было видно из этой части божественных садов.
- Что такое? – подозрительно посмотрел на него Арес.
- Они вернулись, - медленно ответил Аполлон, прислушиваясь к своим ощущениям.
Боги сразу поняли, о ком речь – стреловержец рассказал им о разгроме гарпий. Они поспешили к воротам, но их перехватил Аид. Он подтвердил предчувствие Феба и объяснил, что от них потребуется. Хитрый и чуткий, владыка сразу разделил богов и богинь по симпатиям. Аполлон должен был беседовать с Афиной, Арес – с Афродитой, Дионису же досталась Артемида. Тяжело вздохнув, помощники нового царя направились к бывшему дворцу Зевса. Разговор предстоял нелегкий. И теперь сердце златокудрого бога сжималось от взглядов, которые на него бросала беспощадная Афина. Но он постарался взять себя в руки – Аиду нужен результат.
- Мы будем общаться с тобой до тех пор, пока ты не скажешь то, что мне нужно, - со вздохом сказал Аполлон. – Если тебе так неприятно меня видеть, облегчи себе жизнь.
- Я не скажу тебе ничего, - отчеканила богиня.
- Ну почему ты упрямишься?
Аполлон начал расхаживать по комнате.
- Зачем Аиду знать, где мы были? – спросила Афина. – Какая ему разница? Теперь мы здесь.
- Нам нужно знать, кто вас скрывал, чтобы понять, кто нам друг, а кто враг, - бог резко повернулся к ней. – Так кто вас прятал, Афина? Посейдон? Борей? Океан? Гелиос? Латона? Кто?
Богиня лишь холодно улыбнулась, как будто лезвием ножа провела по коже. И Аполлон вдруг понял, что все это бесполезно. Расколоться могли Афродита или Артемида, но только не она. Афина – хорошо подготовленный боец, с непоколебимым душевным равновесием. Заставить ее рассказать то, что она предпочитает скрыть, невозможно. Аид дал ему непосильную задачу. Еще можно было надеяться на успех, если бы богиня любила Феба. Но, судя по ее взгляду, если у нее и были какие-то чувства раньше, они ушли безвозвратно. Он сам убил их своим предательством. Аполлон устало опустился на табурет и тихо спросил:
- Есть хочешь?
Афина хотела. Но она боялась, что это приведет к непредсказуемым последствиям. В подземном царстве Аида нельзя было ничего употреблять в пищу, неосторожный человек или бог мог остаться там навсегда. Вдруг и сейчас произойдет то же самое? К тому же, на стороне Аида оставалась Геката, она могла снабдить своего старого друга специальными зельями, которые развяжут язык кому угодно. Как правая рука Зевса и единственная ученица трехликой богини, Афина хорошо изучила эту науку. Аполлон как будто прочитал ее мысли и тепло, как раньше, улыбнулся.