- Ты звал меня, повелитель? – насмешливо спросил Аид, подойдя к брату.
Увидев его, Зевс резко поднялся.
- Скажи мне, это правда? – спросил он, плохо скрывая волнение.
- Что именно? – невозмутимо поинтересовался Аид.
- Что Афина на Олимпе?
- Не только она, но еще и Афродита, и Артемида.
Аид с любопытством смотрел на реакцию Зевса. Услышав о том, что богини вернулись, тот с минуту молчал, сверля старшего брата тяжелым взглядом.
- Где же они были все это время? – наконец, хрипло спросил он.
- Этого они мне не сказали. Но мне удалось выяснить, что их скрывал Посейдон.
- Посейдон? – удивился Зевс. – Зачем ему это нужно?
- Это мне неизвестно, - усмехнулся Аид, неторопливо прохаживаясь по пещере. – Но ты же знаешь Посейдона – он делает все, что ему вздумается, и редко что-нибудь объясняет.
Бывший царь Олимпа долго собирался с силами, чтобы задать следующий вопрос. Аид не торопил его, заранее зная, что хочет спросить громовержец. Если бы он был на его месте, то подумал бы о том же. Зачем вернулись богини? Почему именно сейчас? Значит ли это, что они перешли на сторону Аида и готовы поддержать его? Но Зевс оказался не менее проницательным, чем его старший брат.
- Нет, я не стану спрашивать, встали они на твою сторону или нет, я не доставлю тебе такой радости, - рыкнул он. – Я больше поверю в то, что они пришли нам на помощь, но по дороге попали в твою ловушку.
- Но они не шли в Тартар, Зевс, - ответил Аид без улыбки. – Мы схватили их, когда они проникли на Олимп.
- Зачем же они хотели попасть на Олимп? – озадачился сын Крона.
- Не знаю, - промурлыкал нынешний царь богов. – Возможно, Афина, все же, решила принять мое предложение. А Афродита и Артемида отправились следом за ней.
- Это невозможно! – крикнул Зевс.
- Почему же? Она всегда была разумной девочкой. Может, поняла, что союз со мной – единственный верный путь на сегодняшний день.
Громовержец подошел к брату, пристально глядя ему в глаза.
- Она не твоя дочь, слышишь? Ты столько раз пытался переманить ее к себе, но все тщетно. Ее не испугает меч, убивающий бессмертных. Ее не обманет твоя мнимая победа. Ее не завлечь никакими уговорами. Она не предаст меня, как бы ты ни старался.
- Ты точно в этом уверен? – спросил Аид, принимая вызов. – Тогда почему она пропала в самом пылу сражения?
Он вышел, оставив брата в смешанных чувствах. Ему удалось сделать то, чего он хотел. Владыка всегда прекрасно читал своих собеседников. Он понимал, что главным наказанием для Зевса было вовсе не заточение в Тартаре. И даже не его изоляция от других богов – ведь громовержец знал, что они здесь, потому что отказались признавать Аида царем. Но если его предаст верная Афина, он получит такой удар, что подняться уже не сможет. Конечно, нынешний царь богов понимал, что Паллада никогда этого не сделает. Она ясно объяснила ему свою позицию, также как Артемида и Афродита. Уговаривать их дальше смысла нет. Но ведь Зевсу об этом знать необязательно?
Усмехнувшись, Аид направился к выходу из Тартара. Задумавшись, он посмотрел в черный зев подземного коридора, уходившего к самым глубоким пещерам темницы, туда, где до сих пор томился их отец, Крон. Какая ирония судьбы – жестокий титан попытался уничтожить именно тех сыновей, которые никогда не помышляли о власти. А самому младшему, Зевсу, удалось спастись благодаря стараниям их матери Реи. И именно он стал тем, о ком говорили всеведущие мойры, – сыном, свергнувшим своего отца. Аид никогда не заходил к Кроносу, и некогда могучий повелитель медленно угасал в тишине, одиночестве и забвении, отвергнутый и покинутый всеми. Теперь его участь разделил Зевс. Интересно, что будет, если закрыть их в одной темнице?
Задумчиво напевая гимн богам, Аид покинул Тартар. Проходя мимо своего бывшего дворца, он увидел возле входа Гермеса и Ириду. Супруги стояли, обнявшись, и с бесконечной печалью смотрели туда, где томились боги. Заметив Аида, они быстро зашли во дворец. Гермес, всегда любивший и уважавший дядю, теперь упорно избегал его. А Ирида, радужнокрылая вестница богов, боялась и ненавидела нового царя. Аид нахмурился. Чтобы переломить ситуацию, нужно сделать решительный шаг. Но какой?