Неудавшийся побег
Утром следующего дня, скрывшись после завтрака в комнате, богини вернулись к обсуждению плана побега. Но, прежде чем его придумать, нужно было решить еще одну важную проблему – Арес, Дионис и Аполлон, хоть и относились к своим пленницам тепло и радушно, все же, ни на секунду не выпускали их из вида. Даже сейчас богиням приходилось беседовать, понизив голос, чтобы их никто не услышал.
Как устроить побег в таких условиях, никто из них пока не понимал. В царстве Посейдона пленницам помогла сбежать вода, здесь такого преимущества не было, да и обстановка за пределами дворца Аполлона оставалась враждебной. К тому же, все осложнялось воздействием на богинь браслетов Эврипиона – с зачарованными золотыми кольцами они были слишком слабы, и с этим тоже приходилось мириться.
Когда после нескольких часов бесплодных обсуждений положение показалось совсем уж безвыходным, подруг вдруг удивила Артемида. Она достала из-за пояса хорошо спрятанный мешочек с сонным порошком Гипноса. Заметив удивленные взгляды подруг, богиня скромно сказала, обратившись к Афине:
- Когда ты дала мне сонный порошок у врат Олимпа, я постеснялась сказать, что у меня тоже есть… свои запасы. А когда нас поймал Аид, и я узнала, что мой брат стал предателем, я совершенно забыла про этот порошок. Вспомнила только сейчас.
- Но откуда? – только и смогла произнести пораженная Паллада.
- Гермес показывал мне кое-какие хитрости, когда мы… когда мы были вместе. И я решила опробовать их во дворце Посейдона, делать все равно было нечего, а этот порошок мог нам когда-нибудь пригодиться. Я видела, где Амфитрита хранит свои запасы, мне удалось незаметно проникнуть в ее комнату и взять немного с собой.
Афродита звонко расхохоталась.
- Ай да Артемида! Знаете, а у нас складывается неплохая команда!
Проговорив четкий план побега, богини начали обсуждать, к кому обратиться за помощью. Еще раз все обдумав, Афина отказалась от помощи Борея – никто не знал, что он потребует в качестве платы на этот раз. Кроме того, до его дворца они могли и не добраться – слишком уж далек и сложен путь. Кандидатуру Посейдона решительно отмели сразу все. Бог морей мог и не предоставить им помощь, ведь они сами сбежали от него, отказались от его защиты. К тому же, сейчас он был в не меньшей опасности, раз Аиду стало известно, что именно он прятал у себя богинь.
Артемида робко предложила обратиться к ее матери, но Афина, взглянув в ее печальные глаза, покачала головой. Она понимала – на самом деле богиня охоты боялась того, что подруги захотят отправиться в Гиперборею, но переборола себя, первой высказав пугавшую ее идею.
- Мы не можем подвергать Латону и ее гиперборейцев такой опасности, ведь они не воители, - тихо произнесла Паллада, поймав благодарный взгляд Артемиды.
Оставался лишь Океан, о могуществе которого ходили легенды. Афина давно хотела познакомиться с великим титаном, вот только Зевс ей этого не позволял – их связывала какая-то давняя вражда. Громовержец так злился, когда богиня заговаривала об Океане, что без его разрешения навестить титана не решалась. Она даже не догадывалась, что на самом деле Океан – ее родной дед, который сам не раз хотел увидеться с внучкой.
В ночь побега с богинями остался Дионис. Афродита, порхая длинными ресницами, взялась заговорить доброго стража. Пока они вели милую беседу, вспоминая истории из детства, Артемида, подобравшись поближе, высыпала порошок на руку и дунула его на юного бога. Дионис заснул моментально.
- Порошка было мало, боюсь, надолго его не хватит. Быстрее, уходим, - встревожено сказала охотница.
Крадучись, богини растворили двери и выскользнули из дворца. В первый раз за все время своего пленения они порадовались, что на небе нет ни луны, ни звезд – густая темнота как будто специально была создана для того, чтобы они могли сбежать под ее покровом. Недалеко от чертогов послышались высокие голоса – кто-то из приспешников Аида дежурил, сидя у костра у единственной расчищенной дорожки, ведущей от дворца Аполлона к воротам.
- Может, обойдем их? – чуть слышно произнесла Артемида.
- Ты чаще нас гуляла в лесах, попробуй пройти через заросли, - сказала Афина, отступая, чтобы дать дорогу подруге.