- Извини, так приказал Аид, - развел руками крылатый страж. Аполлон вспомнил – кажется, его звали Диас.
- А ты передай Аиду, что мне надо срочно с ним поговорить, иначе я сейчас весь Олимп сожгу, - глухо ответил Феб, чувствуя, как внутри него нарастает жгучая ярость.
Страж помедлил с минуту, размышляя, шутит Аполлон или нет, но все-таки пошел во дворец. О силах и нраве стреловержца среди существ ходили легенды, и если он грозил устроить пожар, к нему стоило прислушаться.
Страж вернулся быстро, вместе с ним пришел и Аид. Увидев Феба, царь богов отвел его подальше от любопытных ушей.
- Зачем ты звал меня, Аполлон? – негромко поинтересовался он. – Это что-то срочное?
- Зачем ты приказал привести Афину? – напряженно спросил его Феб. – Ты же обещал, что не тронешь ее!
- Аполлон, послушай, - мягко заговорил Аид. Он с трудом сдерживал себя, еще не отойдя от разговора с племянницей. Оправдываться перед Фебом у него не было настроения, но лучше сразу все прояснить, чтобы не потерять верного сторонника. – Я помню, о чем мы с тобой говорили, но, еще раз все обдумав, я понял, что только мой план поможет нам возродить Олимп. Взгляни на это с другой стороны. Ведь Афина сможет стать твоей женой, вы наконец-то будете вместе. Разве не этого ты так ждал?
- Я же сказал, что такой ценой не хочу быть с ней! – прорычал стреловержец. – После твоих манипуляций это будет не та Афина, которую я люблю, и ты сам прекрасно это знаешь!
- Аполлон, ты не в себе, - спокойно ответил Аид. – Не нужно так нервничать, все будет хорошо. Вернись домой, успокойся, отдохни немного.
- Я никуда отсюда не уйду, - решительно сказал Феб. – Ты навредишь ей. Я не позволю тебе этого сделать.
- И как ты собираешься мне помешать? – хмыкнул Аид. – Нападешь на меня?
- Если нужно будет – нападу, - пообещал разъяренный каратель. – Ты ведь прекрасно знаешь, что ничто и никто меня не остановит, если я по-настоящему разозлюсь.
Аид пристально посмотрел на бывшего покровителя искусств. Что-то в его голосе заставило владыку насторожиться. Он знал, что Аполлон – могущественный бог. Убить его вспыльчивый Феб, конечно, не мог, но в ярости ранить – спокойно.
- Я не наврежу ей, - осторожно сказал Аид, пытаясь смягчить возникшее между ними напряжение. – Это не в моих интересах, пойми же ты! Кроме того, ты сам знаешь, как я отношусь к Афине, она очень дорога мне. Я позаботился о том, чтобы все прошло гладко. Я призвал на помощь Гекату. Лучше нее никто не справится с поставленной задачей.
- И она согласилась на это? - Аполлон стукнул кулаком по ближайшему дереву, отчего ствол переломился пополам. – Нет, я не дам вам совершить такую ошибку. Этого не будет!
- Аполлон, разговор окончен! – твердо сказал Аид. – Можешь идти. Не оставляйте богинь без присмотра.
Развернувшись, он скрылся в чертогах, сопровождаемый злобным взглядом Феба. Стреловержец, наблюдая за царем, лихорадочно обдумывал свои дальнейшие действия. Напасть на него сейчас? Или дождаться ночи, когда он уснет, и большинство подземных существ покинет Олимп? А вдруг тогда уже будет поздно, и он не сможет спасти Афину? Вдруг краем глаза молодой бог заметил какое-то движение. Повернувшись, он увидел Гекату, приближавшуюся к чертогам Аида на своей мрачной колеснице, запряженной огромными черными псами.
- Как ты могла согласиться на это? – бросился к ней Аполлон, выплескивая накопившуюся злость. – Ведь Афина так тебе доверяла! А ты согласна делать все, что прикажет Аид, даже если это навредит ей!
Геката безразлично посмотрела на него, как на одну из мраморных статуй, когда-то украшавших Олимп.
- Я не понимаю, о чем ты говоришь, юноша, и почему бросаешься на меня, как истеричная женщина. Мне нужно идти, меня ждет царь.
Она поднялась на крыльцо и исчезла в бывших чертогах Зевса. Аполлон же, бросив на стражу уничтожающий взгляд, опустился на мраморные ступени, твердо вознамерившись дождаться богиню колдовства, сколько бы времени это ни заняло.
Геката нашла Аида в тронном зале – он в нетерпении вышагивал от стены к стене, что-то бормоча про себя. Увидев богиню, он жестом приказал следовать за ним и нырнул в ближайший коридор, направляясь в комнату, где томилась Афина. Колдунья следовала за Аидом в полном молчании, бросая на него мрачные взгляды. Слова Аполлона встревожили ее, хоть она и не понимала, что хотел сказать ей златокудрый бог. Он упомянул Афину, но что его так испугало? Что такого задумал Аид, что может навредить ее ученице?