- Больше ты никогда не поднимешь руку ни на нее, ни на какую-либо другую женщину. Довольно ты издевался над Сивиллой. Эта рука, пронзенная моей стрелой, больше не будет работать. Пусть это станет вечным напоминанием для твоей мерзкой души.
- Кто ты такая? – простонал мужчина.
- Я – Артемида, дочь Латоны и Зевса, богиня охоты, покровительница девушек и женщин, покровительница Эфеса, сестра сребролукого Аполлона. Сивилла теперь под моей защитой. Горе тебе, если еще раз прикоснешься к ней!
Артемида вновь стала невидимой и повернулась к богине любви.
- Лихо, - одобрила Афродита. – Это было великолепно! Ты становишься настоящей богиней.
- Спасибо тебе за Сивиллу. Я и не понимала, насколько тяжелой для меня была эта ноша. Теперь стало так хорошо! Вот если бы еще и Аполлон…
Артемида не стала продолжать. Она взошла на колесницу, рядом с ней встала Афродита, и они вместе вознеслись на Олимп. Не в силах надолго расстаться со своей могучей подругой, они снова вернулись к маленькому домику на краю Олимпа, но застали там Зевса. Решив дать ему возможность побыть наедине с дочерью, богини вышли в другую комнату и забрали с собой Феба. От стен этого небольшого здания, так непохожего на роскошные чертоги богов, исходила непонятная сила. Здесь думалось и дышалось легче.
- Что это за место? – заинтересованно спросила Афродита. – Я даже не знала о его существовании.
- О нем мало кто знает, - откликнулся Аполлон, вытягиваясь на небольшом ложе. Он не спал всю ночь, вливая Афине вместе с целебными настоями часть своей божественной силы, и теперь чувствовал себя разбитым. – Мне этот дом показала Геката. В тот день она отказалась от просьбы Аида влезть в голову Афины, и за дело взялась Ата.
- Зачем она показала тебе этот дом? – удивилась Артемида.
- Хотела поговорить с глазу на глаз, - ответил Феб сестре. – Я ее вообще редко понимаю, но в тот раз она говорила совсем уж странные вещи. Что я – Солнце, а ты – Луна. Что практически все богини Олимпа – воплощения Великой Богини-Матери, отказавшейся от своего единого образа, чтобы отдать власть мужским богам.
- Как это? – озадачилась Артемида.
- Не знаю, сам не до конца понимаю. – Аполлон помолчал. Он решил пока не рассказывать богиням, что сообщила ему колдунья об Афине. – Геката сказала, что этот дом всегда был здесь. Какое-то время в нем жила Рея, после того как Зевс сверг Крона. Но потом и она исчезла.
В комнату зашел громовержец. Он был очень печальным, но, увидев Аполлона, нахмурился.
- Как долго она пробудет в таком состоянии?
- Не знаю, - ответил Аполлон. – Я делаю все, что могу.
- Значит, делай еще больше, но верни мне ее! – Зевс обернулся к богиням. – И как вы с ним общаетесь после всего, что он сделал? В том, что случилось с Афиной, есть и его вина!
Аполлон вспыхнул и собрался уже ответить, но Афродита незаметно шлепнула его по руке, покачав головой. Артемида яростно вступилась за брата.
- Он не сделал нам ничего плохого, как и Афине! И от того, что он предатель, он не перестает быть моим братом!
- У нас разное отношение к братьям-предателям, - ровным голосом ответил Зевс. – Не засиживайтесь здесь. Не мешайте ему. Моя дочь должна как можно скорее прийти в себя.
Царь богов вышел, не оглядываясь. Он с трудом сдерживал ярость в присутствии Аполлона.
- Идите-ка и вы, - поднялся Феб. – Не стоит его злить, он и так все время нервный. Спасибо вам за поддержку.
Богини переглянулись и ушли, а Аполлон снова приступил к своему нелегкому делу.
Поцелуй Эроса
После чар Аты и борьбы с яростью Великой Богини Афина долго приходила в себя. Пока тело могучей дочери Зевса отдыхало в маленьком домике на Олимпе, ее сознание блуждало по цветущим лугам, порхало в облаках, путешествовало среди миров, о существовании которых она до этого не подозревала. Иногда богиня оказывалась в иссиня-черной бездне Космоса, паря среди звезд, которые так любила, и удивлялась тому, что на самом деле их гораздо больше, чем она могла себе представить. Они скручивались и переплетались, образуя светящиеся спирали, вспыхивали и угасали, и оторваться от этого зрелища было невозможно.
Но вот однажды богиня очутилась в сияющей и очень уютной пустоте. На этот раз она была не одна – к ней приближалась какая-то туманная фигура, с каждым шагом становившаяся все яснее. Разглядев ее, Афина ахнула – неведомый гость оказался юношей невероятной красоты.