Афина замолчала, пытаясь усвоить то, что услышала. После разговора с Эросом у нее не оставалось никаких сомнений в правильности поступков Аполлона. Взглянув на прошедшие события его глазами, она поняла, как сложно было ему, Дионису и Аресу оставаться все это время предателями, убивать героев и союзников лишь для того, чтобы заслужить доверие Аида. Тем временем, Феб, увидев, что богиня закрыла глаза, нежно коснулся ее щеки.
- Отдыхай, радость моя.
Афина посмотрела на него. Молодой бог помрачнел.
- Прости, у меня больше нет права так обращаться к тебе.
- Я верю тебе, Аполлон, - сказала Афина. – Верю тебе, Аресу и Дионису. Не знаю, почему Зевс не поверил. Я постараюсь его переубедить, хотя не знаю, насколько это возможно. Ведь насчет Аида он меня не послушал. – Она помолчала, устав. – Ничего, у меня есть аргументы, которые помогут ему пересмотреть не только ваши поступки, но и свои.
- Ты… веришь? – удивился Феб. – Но почему?
- Я знаю вас. Мне этого достаточно.
Молодой бог не знал, что сказать. Им никто не верил. Но Аполлону было неважно, что о нем думают Зевс, Гефест или Геракл. Главным для него оставалось мнение Афины. И он уже свыкся с мыслью, что она встанет на сторону отца. По-другому вроде бы и быть не могло. Но он опять ошибся в богине, не понял всей глубины ее сердца.
- Можно мне попить? – вернул его к реальности слабый голос Паллады.
- Конечно!
Он принес ей немного нектара и амброзии, а затем заставил выпить несколько глотков вина.
- Дионис специально вырастил для тебя эту лозу. Он добавил в нее каплю своей крови, так что ты должна быстро пойти на поправку. Пей.
- Вино с кровью Диониса? – Афина поморщилась. – Какая интересная задумка.
- Нет, - засмеялся Аполлон. – Лоза выросла из его крови. А в винограде осталась только сила. Так что пей, не бойся.
Когда Афина насытилась, бог велел ей поспать.
- Опять? – недовольно нахмурилась она.
- Ничего не поделаешь, если хочешь быстрее восстановиться, нужно больше спать. Я буду в другой комнате, если понадоблюсь тебе.
Улыбнувшись ей, Аполлон вышел и задернул портьеру. Богиня спала несколько часов и проснулась от странного ощущения чьего-то присутствия. Повернув голову, она снова увидела Феба, сидевшего рядом и смотревшего на нее с такой печалью, что у Паллады защемило сердце.
- Я зашел тебя проведать, - сказал он, заметив, что богиня очнулась. – Хочешь есть?
- Очень! – Афина действительно вдруг почувствовала сильный голод.
Аполлон вернулся с подносом. Сегодня к утренней еде бог добавил немного фруктов. Усаживая богиню в кровати, приобнял ее за талию для удобства. И понял, как сильно ему хотелось все это время прижать ее к себе, осыпать поцелуями прекрасное лицо, зарыться в густые волосы. Но он одернул себя, не давая размечтаться. Хоть Паллада и верила в их благие намерения, он знал, что ее любовь он уже потерял.
Все это время богиня внимательно наблюдала за ним. Поев, она снова прилегла.
- Почему я такая слабая? – сердито спросила Афина.
- Ты очень много сил потратила на борьбу с чарами Аты, - ответил Аполлон. – К счастью, она оказалась слишком слабой для тебя.
- Мне повезло, - усмехнулась Паллада.
- Можно и так сказать. Если тебе от этого станет легче, не повезло Ате. Твой разум победил ее, она стала смертной.
- Стала смертной? – удивилась богиня. – Надолго?
- Думаю, навсегда.
Аполлон смотрел на нее, но смысл его взгляда она понять не могла. Как будто между ними вдруг возникла глухая стена. Ей казалось, что они стали ближе, пока она, Афродита и Артемида были пленницами в его дворце. Но сейчас Феб опять отдалялся, хоть она и дала понять, что верит ему. Что же пришлось пережить Аполлону, если все, даже она, считали его предателем? Возможно, он уже давно ушел бы с Олимпа, если бы не пришлось ее лечить. Сердце богини вдруг сжалось от острой жалости к молодому богу. Она даже представить не могла, чего ему, Аресу и Дионису стоило жить здесь под косыми взглядами, в любую минуту ожидая решения Зевса.