- Что случилось? – встревожено спросил он. – Зевс ушел мрачнее тучи.
- Мы немного разошлись во мнениях о том, что следовало сделать с побежденным Аидом.
- Ты об этом? – Аполлон помолчал. – Знаешь, я поддерживаю Зевса. Это было разумное решение.
- Разумным решением было бы напоить этой водой их обоих, - резко сказала Афина. – Ведь и Зевс не так уж безгрешен.
Аполлон удивился. В первый раз он услышал, что Паллада говорит об отце с такой жесткостью, ведь она всегда поддерживала его, что бы он ни творил. Почувствовав изумление Феба, она откинулась на подушки и направила на него взгляд своих бездонных синих глаз. Бог испугался, увидев в них бесконечную усталость и тоску.
- Перед тем как Аид призвал Гекату, у нас был с ним обстоятельный разговор, - сказала она тихо. – Скажи, Аполлон, ты знал, что моей матерью была Метида, богиня разума, первая жена Зевса? Что именно она помогла отцу свергнуть Крона и спасти остальных богов?
Аполлон помолчал.
- Аид и мне рассказал о ней, когда объяснял, почему нужно поменять твои воспоминания, - бог невесело усмехнулся. – Если бы не он, я бы никогда не узнал о Метиде.
- О, отец постарался сделать так, чтобы о ней никогда не вспоминали, - холодно усмехнулась Паллада, на миг почувствовав отголоски холодной ярости Великой Богини. Но теперь она не боялась, потому что могла управлять ей. – Ведь он уничтожил ее, Аполлон, когда мойры предсказали, что у них с Метидой родится сын, могуществом равный Зевсу, и даже превосходящий его. Как царь богов мог допустить рождение такого сына? Ведь он совсем не хотел терять только что приобретенную власть!
Аполлон долго молчал, сжав кулаки. Афина, задумавшись, тоже не нарушала установившейся тишины. Наконец, она произнесла:
- Именно после этого разговора с Аидом во мне проснулась ярость Великой Богини, олицетворением которой я являюсь. – И добавила, заметив испуганный взгляд Аполлона: - Не переживай, уничтожив меч, я восстановила нарушенное равновесие. Она не вернется. По крайней мере, в ближайшие сотни лет.
- Но откуда ты это знаешь? – удивился бог. – Ты так уверенно говоришь об этом.
- Мне было одно видение, - улыбнувшись, ответила богиня, вспоминая Эроса. – Прости, пока я не буду рассказывать о нем. Ты обязательно все узнаешь, но чуть позже.
В комнату, нарушая спокойствие, вдруг ворвались Афродита и Артемида.
- Афина! – воскликнула богиня любви, бросившись к подруге. – Как же долго ты спала!
Пока они обнимались, Аполлон выскользнул в другую комнату – Палладе все еще нужно было поддерживать божественные силы. Приготовив снадобье и приправив его амброзией и нектаром, он зашел обратно. Афродита и Артемида сидели на постели и рассказывали Афине последние новости.
- Что касается Аида… - сказала Артемида и запнулась.
- Я уже знаю, - ровным голосом сказала Афина. – Зевс приходил. Он мне рассказал.
- Афина, ведь он заслужил это, - заметила Афродита, внимательно глядя на подругу.
- Давайте оставим пока эту тему, - мягко прервал их Аполлон, заметив помрачневший взгляд Паллады. – Афине нужен отдых. Лучше расскажите ей что-нибудь приятное.
- Простите, но я больше не хочу говорить. Я устала, мне нужно поспать, - тихо проговорила богиня, опустив голову.
- Хорошо, мы зайдем позже, - пробормотала Артемида.
Поцеловав по очереди подругу, богини вышли из комнаты следом за Аполлоном.
- Что с ней? – испуганно спросила дочь Латоны.
- С ней все хорошо, - успокоил сестру Феб. – Ее расстроила судьба Аида.
- Но ведь он…
- Они были очень близки, Артемида, - сказала Афродита. – Помню, как некоторое время после свадьбы Персефона даже ревновала его к Афине, думала, что он на самом деле любит ее, а Персефону взял в жены, потому что Зевс никогда не отдал бы за него Афину.
- Может, ее подозрения имели смысл? – поинтересовалась Артемида.
- Это вряд ли, - ответил Аполлон. – Мне сложно это объяснить, но я понимаю природу их взаимоотношений. Она ему как дочь, которой у него никогда не было, любимая и желанная.
- Кстати, а почему у Аида нет детей? – озадачилась дочь Латоны.
- Возможно, они есть, - пожала плечами Афродита. – Он никогда не рассказывал никому о своей личной жизни. Говорят, именно он дал начало великой династии критских царей. Но доподлинно это никому не известно.