- Почему? – поинтересовалась Паллада.
- Ему это не нужно, - пожал плечами Океан. – Он и так дает нам все, что необходимо. А для общения со смертными есть мы, его посредники.
В последнюю ночь титан увел внучку с пляжа пораньше. Знаком показав следовать за ним, он направился к тому самому черному столу с письменами, занимавшему половину зала.
- Люди рождаются и умирают – также, как все живое. Это закон природы, Афина, - тихо произнес Океан, посмотрев на внучку. – Не умираем только мы, боги и титаны. Но нас и нельзя считать живыми. Мы – нечто, существующее вне времени и пространства. Мы – то, что было, есть и будет. Но порядок, в котором мы существуем, создала и сохраняет главная посланница Великого Космического Разума – Богиня-Мать. Она усмирила Хаос и соединилась с Эросом, первой познав, что такое Любовь. И именно она отдала эту Любовь только появившемуся на свет миру, вдохнув в него жизнь.
Следуя указаниям Океана, Афина дотронулась до стола, и письмена засветились перед ней, сразу став понятными. Как будто наяву дочь Зевса вдруг увидела далекие темные времена, Хаос и бушующие стихии, а потом вдруг с неба полился свет, и все успокоилось. А перед ней появилась богиня, крепкая, крутобедрая и прекрасная. Ее лицо и походка показались Афине знакомыми, но как только она захотела рассмотреть эту неведомую женщину получше, голос титана вернул ее в реальность.
- С прошлым надо обращаться осторожно, - строго произнес Океан. – Прикасайся к нему бережно, открывай понемногу. Лишь тогда ты сможешь понять, что оно хочет тебе сообщить. Спешка лишь вредит.
После соприкосновения с таким невероятно древним и далеким миром, родные просторы Эллады показались ей слишком яркими и шумными. Она не знала, сможет ли еще когда-нибудь смотреть на мир по-прежнему. Встретившись лицом к лицу с бесконечностью, богиня поняла, что все склоки и ссоры богов и людей – ничто, песок, который легко унесет звездный ветер. В тот последний свой вечер у деда она бродила по берегу, глядя на волны, но не видела их. В голове крутилась какая-то мысль, очередное воспоминание, казавшееся ей очень важным. Но, как и воспоминание о Метиде, поймать его она не могла. Знала только, что мысль эта связана с кем-то очень для нее близким.
- Что тебя мучает? – поинтересовался Океан, наблюдая за метаниями внучки.
- Я не могу понять… - богиня помотала головой. – Нет, не вспомню. Мысли до сих пор разбегаются, после вспышки ярости Богини я не всегда могу ясно думать. Не знаю, сколько еще времени это продлится.
- Ты восстановишься, - убежденно сказал он. – Что касается воспоминаний – я могу помочь тебе поймать эту блуждающую мысль, если позволишь.
Удивленная, Афина кивнула и уселась на песок, следуя указаниям деда. Титан устроился напротив нее, велел закрыть глаза и сам следом за ней опустил тяжелые веки. Все произошло очень быстро – богиня, казалось, не успела сосредоточиться, как Океан уже поднимал ее с песка, потянув за руку.
- Древние сущности всегда притягиваются друг к другу, - задумчиво произнес он. – Тебя, оказывается, не так давно навещал Эрос. Не удивляйся, недавние воспоминания лежат на поверхности, их легко увидеть. Мысль же, которая тебя мучила, - о Хаосе.
- О Хаосе? – переспросила Паллада. – Но я не думала о нем.
- Именно о Хаосе – нет. Но о его перевоплощении ты скорбишь.
- Я запуталась, великий Океан, - призналась Афина. – О ком я скорблю?
- Вот недогадливая! – в сердцах воскликнул титан. – Где же твой ясный ум, внучка? Сама скажи мне, о ком ты сейчас скорбишь больше всего.
Но, прежде чем он закончил свою речь, Афина уже все поняла.
- Аид? – тихо спросила она. – Ты говоришь о нем? Но как он может быть Хаосом?
- А как ты можешь быть яростью Великой Богини? – спокойно парировал Океан. – Не переродившимся у нас остался только Эрос. Но, как я понимаю, он тоже хочет вернуться к жизни, ему надоело бесконечное космическое пространство.
Так Аид – воплощение Хаоса? Если это так, то в нем сосредоточена такая мощь, которая даже не снилась олимпийцам! По сути, он может разрушить весь существующий мир одним лишь взмахом руки. Значит, борьба еще не окончена?
- Аид помнит о Хаосе? – тихо спросила богиня, страшась ответа.
- Это ты у него спроси, мне-то откуда знать? – хмыкнул титан. – Я с ним не знаком. Что знал, я тебе рассказал. До остального ты пока не дозрела.