- Эй, потише, богиня, - с улыбкой сказал он, выставив вперед руки. – Куда ты так спешишь?
- Я и сама не знаю, - откликнулась Афина, отступив на шаг и пропуская его.
В присутствии молодого бога она снова испытала странное чувство робости, которое обычно ей было несвойственно. Они впервые были наедине после вечера на скале, и Афина не знала, как ей с ним говорить.
- Как твои дела? – невозмутимо поинтересовался стреловержец.
Паллада, не отвечая, внимательно посмотрела на него. Аполлона не зря считали самым красивым богом Олимпа. Он был похож на Зевса, но, в то же время, отличался от него. Короткие золотистые кудри, карие глаза, немного округлое лицо, ямочки на щеках в сочетании с очень сильными руками, привыкшими натягивать тетиву, и гибким сильным телом атлета оставляли незабываемое впечатление.
- Я пытаюсь уговорить отца помириться с Аидом, - откликнулась Афина.
- И как, успешно? – спросил бог.
- К сожалению, нет, вздохнула богиня. – Отец ничего не желает слушать. Я сказала ему, что он неправ. Он же ответил, что такое возможно, но мириться первым все равно не будет. Иногда я совершенно его не понимаю.
- Скажи, я могу чем-то помочь тебе? – спросил Аполлон, взяв Афину за руку.
Его прикосновение было подобно солнцу – тут же согрело кожу жаркими лучами. Но богиня осторожно высвободила руку.
- Благодарю за предложение, но не думаю, что кто-то может мне в этом помочь. Если только попросить Афродиту влюбить их друг в друга.
- Интересная мысль, - фыркнул Аполлон.
- Думаю, Афродите она тоже понравится. Но это, все же, не решение. Я попробую поговорить с Аидом. Вдруг он окажется более благоразумным.
- Попробуй, все может быть, - тихо откликнулся Феб, не отрывая пристального взгляда от богини.
Афина, стараясь не смотреть на него, призвала Пегаса. Весь путь до входа в подземное царство она продумывала разговор с дядей. Если бы Аид оказался более мудрым, чем Зевс, все было бы решено. Она понимала, что, скорее всего, в ссоре виноваты оба. Но ни один не признает этого и не сделает первый шаг.
Аккуратно раздвигая толпы бесплотных теней умерших людей, богиня продвигалась к берегам Стикса. Перелетев священную реку, она, не торопясь, направилась к дворцу владыки подземного царства. Усмирив перед входом яростного Цербера, шагнула внутрь. Аид нашелся в тронном зале.
- Афина, я ожидал увидеть тебя раньше, - приветствовал он племянницу. – Наверно, нелегко было прийти ко мне?
- Нелегко, - призналась она, склонив голову в легком поклоне.
- К чему эти церемонии? – поморщился Аид.
Он взял племянницу за руку и отвел к мраморной скамье, укрытой теплым покрывалом, усадив рядом с собой.
- Ты же знаешь, зачем я к тебе пришла? – начала разговор богиня.
- Хочешь, чтобы я помирился с Зевсом?
- Для начала я хочу узнать, что между вами произошло. Отец вкратце рассказал мне, но я хотела бы и тебя выслушать.
- Я просто познакомил его с моим взглядом на искусство управления миром людей и богов, - недобро усмехнулся владыка. – И мы с ним, к сожалению, разошлись во мнениях.
- Ты ведь обещал мне, что будешь держать при себе свои мысли, - упрекнула его Паллада.
- Прости, что не сдержал обещания, - мягко ответил Аид. – Но когда он начал рассказывать про своего очередного отпрыска, этого Геракла или как его там, я сразу вспомнил несчастную Геру, потом тебя, вынужденную нянчиться с его многочисленными сыновьями. Вспомнил женщин, которых он соблазнил против их воли, хитростью и напором. Вспомнил о том, сколько еще остается проблем в мире смертных, которые он не хочет решать, потому что занят совершенно не тем, чем должен… Я не сдержался, Афина. И я готов помириться с ним, но только если он подойдет ко мне первым. Мне надоело во всем ему уступать. Пусть хоть раз сделает что-то мудрое.