- Так вот он – ключ к сердцу нашей мудрой богини, - улыбнулся Аполлон.
От его карих с золотинками глаз исходило теплое сияние. От улыбки на щеках появились ямочки. Не осознавая, что делает, Афина задумчиво провела пальцем по одной из них. Аполлон коснулся его губами, не отрывая взгляда от богини. Его теплая, пахнущая травами ладонь легла на ее щеку.
- Я так хочу поцеловать тебя, - прошептал молодой бог. – Но не буду. Ведь я обещал тебе не делать ничего, пока ты сама не будешь готова. И мне даже нравится, что сейчас все происходит именно так. Через эти легкие прикосновения я ощущаю тебя и нашу связь даже больше, чем если бы мы просто целовались. Это невероятно.
- Нашу связь, - также шепотом откликнулась Афина. – Разве она есть?
Аполлон лишь улыбнулся. Богиня выскользнула из каморки и, вызвав Пегаса, улетела на Олимп, чтобы снова спрятаться в своем дворце. Так она всегда поступала после очередной встречи с Фебом – ей нужно было обдумать и прочувствовать все, что происходило во время каждого такого столкновения.
- А где Афина? – удивился Асклепий, вернувшись с кувшином воды.
- Упорхнула по своим делам, - задумчиво ответил Аполлон, теребя подбородок. – Неуловимая, как всегда.
- Она тебе нравится, правда? – тихо спросил мальчик, усаживаясь рядом с отцом.
- Почему ты так решил? – Феб с улыбкой провел рукой по золотистым, как у него, волосам Асклепия.
- Ты так разговариваешь с ней… и так смотришь… И еще, ты первую привел ее сюда. Артемида – твоя сестра, понятно, что ты захотел нас познакомить. Но Афина… должна же быть какая-то причина? Мне кажется, она для тебя не просто друг.
Асклепий робко замолчал, исподлобья глядя на отца. Вдруг разозлится на него за такие дерзкие речи? Но Феб лишь рассмеялся. Он знал, что его сын умен, но чтобы настолько… С другой стороны, мальчик смотрел на них через призму человеческих отношений и не думал об Афине так, как боги. Поэтому легко мог усмотреть то, что от них ускользало.
- А еще… - еле слышно добавил Асклепий. – Ты раньше всегда оставался у нас на ночь, и мама кричала от радости. А теперь ты уходишь от нас до заката, и мама все время ходит грустная.
Аполлон серьезно посмотрел на сына. Тот, думая, что бог его сейчас накажет, весь съежился, но взгляда не отвел.
- Пора тебе и твоей матери уезжать из этой глуши, сынок, - наконец, произнес Феб. – Уговори маму уехать в Афины. И я сейчас сам с ней поговорю. Тебе нужно учиться и развивать свои таланты, а ей – найти хорошего мужа, который позаботится о вас обоих. Посидишь тут немного? Или погуляй где-нибудь, пока мы разговариваем.
Мальчик просиял, услышав слова отца. Переезд в Афины был его большой мечтой. Он много слышал об этом городе от матери, побывавшей там в юности, знал о его прекрасных садах, мраморных храмах, роскошных дворцах, утопавших в зелени, о музеях, гимнасиях, университетах и знаменитых ученых. Но главное – это был город, основанный его любимой богиней Афиной.
Асклепию надоело сидеть в четырех стенах, и он вышел прогуляться. Солнце скрылось за облаками, на землю опустилась приятная прохлада. Не увидев родителей, мальчик решил, что они в доме. Но когда он углубился в лес, до него донеслись их голоса. Вообще, Асклепий не привык подслушивать чужие разговоры. Но тут не удержался, понимая, что сейчас решается их с матерью дальнейшая судьба. Поэтому он тихо подкрался к огромному дубу, росшему на опушке, и весь обратился в слух.
- Диора, ведь речь идет не только о тебе! Какое будущее ждет здесь нашего сына? Асклепий умный, одаренный ребенок, ему нельзя оставаться в этой глуши!
- Да все я понимаю, - тихо ответила молодая женщина. – Только понимаю я и то, что ты хочешь поскорее выдать меня замуж, чтобы я от тебя отвязалась.
- Ты же знаешь, что я все равно никогда не буду твоим, - помолчав, откликнулся Аполлон. – Так чего ради губить себя и сына?
- Ты ведь уже не передумаешь, да? – спросила Диора, с трудом пытаясь скрыть дрожь в голосе.
- Нет, - отрезал бог. – И поэтому тебе нужно жить дальше. Ведь я не оставлю вас в любом случае. Изменятся только место и обстоятельства, но не мое отношение к вам. Я и там буду вас навещать.
- Ко мне твое отношение давно изменилось, - резко ответила Диора. – Но ладно, как скажешь – Афины так Афины.