Геракл бросился к нему, но Афина его остановила. Когда они отошли так далеко, что Атлант уже не мог их ни слышать, ни видеть, герой упал на колени перед своей покровительницей и низко склонил голову.
- Прости, что так долго не давал о себе знать. Я вел себя как неблагодарная свинья.
- Встань, - вздохнула богиня. – Ну что мне с тобой делать? Иди, отнеси яблоки Эврисфею, и будешь свободен. Можешь гордиться собой. Ты прекрасно справился.
- Скажи, я все еще могу обращаться к тебе, если вдруг мне понадобится помощь? – спросил он.
- Можешь, - милостиво разрешила Афина.
И, тепло попрощавшись с героем, полетела к Олимпу. На царство богов и притихшую Элладу мягко опустились сумерки. Вот-вот в крупных городах должны были начаться веселые пиршества и симпосионы, а пока лишь тихо шелестел ветерок, как будто гладил проходящих мимо богов и людей по голове. Оглушительно пели цикады, изредка из лесной чащи доносилось сребристое пение ручейка.
Влетев в ворота Олимпа, Афина отпустила Пегаса – она всегда давала свободу своему бессмертному коню, он мог вернуться домой в любое время. Неспешными шагами богиня направилась к чертогам. Ее внимание привлекли голоса и смех. Решив узнать, кто там веселится, богиня пошла на звук и вышла на небольшую полянку, где горел, паря в воздухе и не обжигая траву, небольшой костер. Вокруг него уютно расположились Дионис, Гермес, Ирида, Артемида, Аполлон и юная Геба. Глядя на них, Паллада вдруг вспомнила детство. Как только маленькие боги начинали ходить, старшие обучали их всему, что знали и умели. Зевс – искусству ведения боя, Посейдон – умению скрывать свои эмоции и сохранять спокойствие в любой ситуации, Аид особого участия в обучении не принимал, но и он мог давать мудрые советы, если был в настроении. А Гера, Деметра и Гестия учили юных богинь женским премудростям.
Когда боги начинали чувствовать свое призвание, они учились сами, интуитивно развивая собственные таланты. И, конечно, все свободное время проводили вместе. Олимпийцы дружили между собой, хотя задира Арес никому не давал покоя. Но больше всех он доставал Афину. Некоторое время, после того как Гера скинула Гефеста с Олимпа из-за его хромоты и, как она считала, уродства, Арес оставался единственным ребенком Зевса и Геры, и потому считал себя главнее остальных отпрысков царя богов. Естественно, ему не нравилось, что Зевс много времени уделяет своей любимице Афине. Он постоянно нападал на нее, и однажды маленькая богиня, наученная Аидом, пришла к Зевсу.
- Я хочу драться, отец, - сказал она.
- Но почему? – удивился тот. – Это неподходящее занятие для богини.
- Научи меня драться. Пожалуйста.
Вид малышки был настолько непоколебим, что бог сдался. Втайне он даже обрадовался этому – теперь они чаще могли быть вместе. Но совсем не обрадовался Арес, когда после очередного нападения Афина дала ему четкий и уверенный отпор. Богиня все схватывала на лету, и после каждой тренировки дралась все лучше и лучше.
Сначала юных богов на Олимпе было мало: только Афина, Аполлон, Арес, Гермес, Ирида, богиня зари Эос. Потом из пены морской вышла прелестная Афродита, вернулся на Олимп Гефест, спасенный и вскормленный нереидами, следующими стали Персефона, Дионис и Геба, и на Олимпе все зазвенело от голосов юных богов. Все они были от разных матерей, и никто не соперничал друг с другом. Кроме, разумеется, Ареса.
- Проходи, садись с нами, - отвлек Палладу от воспоминаний голос Диониса.
Афина опустилась на землю между ним и Аполлоном, замкнув круг. Улыбнувшись всем, она приняла от Аполлона кубок с вином.
- Не знаешь, где Афродита? – поинтересовался у нее Гермес. – Мы скучаем без нашей пенорожденной, она постоянно где-то пропадает, стала такой же как ты, неуловимой.
- У Афродиты новая любовь, я сама ее редко вижу, - ответила Афина, пригубив вино.
- Вот оно как, - хмыкнул Дионис. – Тогда все понятно.
- А ты где была? – спросил Феб.
- Геракл объявился, - сказала Афина, избегая взгляда его лучистых глаз. – Атлант обманом заставил его подержать небесный свод вместо себя и ушел. Пришлось возвращать.
- Вот это номер! – воскликнул Гермес. – Атлант в своей изобретательности даже меня переплюнул!
- Да уж, хороший повод для радости, – съязвила Ирида.
Боги засмеялись.