- Мы отправляемся в царство Аида завтра вечером, - шепнул Афине Аполлон, пока остальные вспоминали проказы Гермеса. – Персефона все еще с Деметрой, Аида тоже завтра не будет. Идеальный момент.
Богиня загрустила. Она понимала обоснованность подозрений Зевса, в поведении его брата действительно могла таиться угроза. И ей не нравилось то, что сейчас происходит.
- Не печалься, - услышала она понимающий голос Аполлона. – Может, и нет никакого повода для беспокойства.
- Очень на это надеюсь, - вздохнула Афина.
Тем временем молодые боги затянули веселую вакхическую песнь, прославляя юного бога вина. Аполлон и Афина, смеясь, подхватили ее, и над Олимпом и уснувшим миром зазвенели их голоса. Они как будто вернулись в беззаветную юность, когда только учились быть богами, и не нужно было решать важные задачи, от которых зависела судьба Эллады.
…Уже Селена скрылась с горизонта, вернувшись в свой прекрасный сияющий дворец, и звезды одна за другой погасли, уступая место розовокрылой богине зари, когда Афродита, наконец, вернулась на Олимп. Проходя по тихим аллеям к своему дворцу, она почувствовала легкий запах дыма и увидела под деревьями большой круг – след от костра. Он уже начал затягиваться молодой травой. Еще каких-то пару часов, и от ночных посиделок богов не останется и следа.
Афродита томно вздохнула, подумав, что пропустила что-то интересное – олимпийцы давно так не собирались. Но ее это не сильно расстроило, все мысли заполнил лишь Адонис. Добравшись, наконец, до своих чертогов, Урания скинула одежду и растянулась на кровати, закрыв глаза. Но сон не шел к ней. Выйдя в этот день от Афины, богиня вернулась к Адонису. Он ждал ее на том же месте – в лесу, недалеко от священной рощи, посвященной Артемиде. Гуляя, они предусмотрительно обошли ее и остановились неподалеку, уютно расположившись на плащах под раскидистыми, до земли опустившимися ветвями ивы. Здесь Адонис предложил Афродите стать его женой.
- Ты вернулась! – увидев возлюбленную, юноша поспешил к ней навстречу.
Богиня любви, испытывая давно забытые чувства, вся зарделась, став еще прекраснее.
- Куда же ты пропала? – ласково спросил Адонис, поглаживая ее роскошные волосы. – Я собирался искать тебя.
Они снова уселись под деревьями, держась за руки. Афродита хранила молчание, собираясь с силами. Юноша, заметив ее серьезность, тоже не стал ничего говорить, как будто чувствуя, что она хочет сообщить ему что-то важное.
- Адонис, я должна тебе кое-что сказать, - наконец, произнесла она.
- Если чувствуешь, что не готова к свадьбе, я буду ждать, сколько нужно, - поспешно сказал он. – Наверно, я испугал тебя своим напором? Ты поэтому так надолго пропала?
- Не в этом дело. – Афродита помолчала. – Дело в том, что я – богиня.
Представ перед возлюбленным в своем истинном облике, она замерла, спрятав лицо в ладонях, ожидая его реакции. Адонис же почтительно склонился перед пенорожденной. Богиня подняла его, все еще смущаясь.
- Прости, что не сказала сразу, - виновато произнесла она. – Сначала меня это не волновало, но потом, полюбив тебя, я просто испугалась, что ты сбежишь. Ведь любить богиню непросто.
- Я знал, что ты не простая смертная. Простая смертная не может сиять, как звезда, - прошептал Адонис.
- Значит, ты не боишься меня? – подняла на него Афродита сверкающие в опустившихся сумерках глаза.
- Я люблю тебя еще больше, за то, что ты такая хрупкая и ранимая, несмотря на все свое могущество. Только одно меня огорчает – жениться на тебе я не смогу.
- Зато ты получишь всю любовь, на которую способна Афродита.
Богиня закружила ему голову глубоким и страстным поцелуем, утянула за собой на мягкую траву. С легким стоном Адонис прижал ее к себе, каждой клеткой ощущая кожу и совершенное тело богини.
…Упоительно и незаметно пролетело для них время. Прощаясь с возлюбленным, богиня условилась встретиться с ним на том же месте на закате следующего дня. Улыбаясь, Афродита почувствовала прилив сил. Завтра она поможет стольким влюбленным, скольких успеет охватить за день. Она постарается сделать так, чтобы смертные, почитающие ее, стали такими же счастливыми, как она сейчас.
Тартар
Темным и мрачным было царство Аида. От входа в пещеру, ведущую в обиталище мертвых, тянуло могильным холодом. Вокруг него суровыми стражами возвышались мрачные скалы. Казалось, лучи солнца никогда не проникали в ущелье, где приземлились олимпийцы. Афина поежилась. Раньше она спокойно заходила сюда, ведь страх смерти был неведом богам. Но теперь в воздухе витало что-то зловещее, то, что она пока не могла ни понять, ни объяснить.