- Почему ты ничего не сказала про Эврипиона?
- Это навлечет ненужные подозрения на Гефеста, - тихо ответила богиня. – Сначала я хотела бы разобраться с этим сама.
Аполлон пристально посмотрел на богиню.
- Делай все, что нужно, я прикрою тебя и тоже никому ничего не скажу.
- Спасибо, - улыбнулась Афина.
Распрощавшись с Фебом, она направилась в свой дворец, наконец-то отдавшись охватившему ее волнению. Величественное спокойствие дочери Зевса, которому так часто завидовали боги, иногда давало трещину. И тогда она пряталась ото всех, чтобы восстановить его. Но ситуация, которая разворачивалась вокруг Аида, пробила в ее бессмертной душе такую брешь, что богиня не знала, сколько времени понадобится на то, чтобы вернуть себе покой.
Единственным большим помещением в ее дворце оставался главный зал. Все остальные комнаты чертогов были небольшими и очень уютными. Часть стен в них скрывали занавеси, вышитые самой Афиной, полы устилали ковры и подушки. Немного понежившись в теплой воде с молоком и медом (этот рецепт ей дала Афродита), Афина позволила своим помощницам растереть себя мягким полотенцем и умастить душистыми маслами. Надев нежную белую тунику, Афина ушла в комнату, обитую фиолетовой тканью с вышитыми на ней звездами, и легла отдыхать. Так она проспала несколько часов, пока ее не разбудил приход Афродиты.
Взяв кувшин ароматного розового вина, две богини уселись рядышком и, переглядываясь, наполнили кубки. Первое время их дружба всех удивляла. Что общего могло быть между мудрой, уравновешенной, гордой Афиной и легкой, игривой, кокетливой Афродитой? Но Афина знала, что характер у богини любви гораздо глубже, чем она показывает. Она мало кому открывалась по-настоящему, но рядом с подругой сияющая красавица сбрасывала все свои маски и становилась сама собой.
- А теперь расскажи мне, что происходит между тобой и Аполлоном, - Афродита устремила на богиню выжидающий взгляд, не принимающий отказа. – Только ничего не скрывай, я все равно это пойму.
- Я не знаю, - просто ответила Афина.
- Но что ты чувствуешь?
- Чувствую бурю внутри. Теплую, щекочущую. И еще надежность. Не знаю, как у него это получается, но с ним я не чувствую себя непобедимой богиней. И перестаю ощущать столько ответственности на своих плечах. От его улыбки замирает сердце, от его смеха становится легко и светло. Я как будто всегда понимаю, что он хочет мне сказать. – Афина откинулась на подушки. Потолок был затянут тканью со звездами. Они мерцали подобно настоящим светилам и даже складывались в созвездия. – Когда мы вместе… Когда мы вместе, вокруг нас сплетается невидимая сеть, которую ощущает все живое рядом с нами. Удивляюсь, как остальные боги до сих пор ничего не заметили.
- Они не видят, потому что не думают об этом, - хмыкнула Афродита. – Если захотят присмотреться, то сразу все поймут. Я одно тебе скажу – это точно любовь.
- Но как? Ведь я не умею любить.
- Если я не имею на тебя никакого влияния, это не значит, что ты не можешь испытывать чувства. Это значит, что у меня просто нет на тебя влияния, - ответила богиня любви с лукавой улыбкой.
- Но что мне делать? Как бороться с этим?
- Не надо бороться, зачем? – Афродита пригубила ароматное вино. – Хоть раз поведи себя как женщина, а не как непобедимая воительница.
- Я уже говорила тебе – я насмотрелась на Геру, и такой же участи не хочу.
- Думаешь, он не испытывает к тебе тех же чувств?
- Если и испытывает, они могут исчезнуть. Ведь мы боги, перед нами вечность.
- Так и у тебя чувства могут исчезнуть, в чем проблема? – не отступала Афродита.
- Проблема в том, что я боюсь его власти надо мной. – Афина снова села. – Ни у кого нет такой власти, даже у Зевса, понимаешь? А ему я не могу сопротивляться. С каждым разом мне это дается все труднее.
- Значит, боишься перестать себя контролировать? – Афродита прилегла рядом с подругой.
- Да! Да, я боюсь потерять контроль!
- Не знаю, как по мне, так его чувства к тебе вполне серьезны.
- С чего ты это взяла? – Афина с любопытством посмотрела на Уранию.
- Ты говорила, что там, у Аида, он испепелил взглядом Эмпуса. Это проявились его первобытные силы, о которых он до этого ничего не помнил или не знал. Так бывает, когда опасность угрожает чему-то или кому-то по-настоящему дорогому. Скажу проще – сомневаюсь, что он бы так сделал, если бы там вместо тебя была я. Скорей всего, он бы просто застрелил его из лука или начал драться. Но испепеление одним лишь взглядом – совершенно другой уровень.