Направив верного коня вверх и пролетев влажную шапку облаков, богиня еще раз убедилась – с этой стороны их город совершенно беззащитен. Она уже собралась было снова спуститься, но взглянула на разгоравшиеся звезды. Почти не осознавая, что делает, богиня попросила Пегаса подняться выше. Он с удовольствием подчинился хозяйке, но чем выше взлетал, тем сложнее давался ему каждый взмах. Наконец, Афина остановила его, оставив парить на месте. Там, куда они поднялись, было холодно и очень странно – как будто воздух пронзали тысячи невидимых маленьких молний. А звезды стали еще ближе и еще прекраснее. Богиня почувствовала, что, несмотря ни на что, ей хочется подниматься дальше, пока она не дотронется хотя бы до одной из них. С трудом подавив это желание, Паллада приказала Пегасу спускаться, слушая его недовольное пофыркивание – божественный конь весь дрожал от холода. Богиня с удивлением обнаружила, что и сама вздрагивает, как будто рядом пронесся Борей, окатив ее своим ледяным дыханием.
- Прости, но ведь там так прекрасно, - виновато погладила она роскошную гриву своего верного друга.
Облетев всю стену и не заметив ничего подозрительного, Афина вернулась на Олимп. Отправив Пегаса отдыхать, зашла во дворец и направилась в комнату, где когда-то училась колдовать. Вечер у Аполлона и полет под звездами пробудил в ней яростное желание выплеснуть накопившуюся энергию. Опустившись на пол, она взяла лежавший на подносе кусок гранита, положила его перед собой и зашептала заклинания.
Союзники
- Но я хочу помочь, отец!
- Дочь моя, ты еще слишком неопытна для таких вылазок, я не могу отпустить тебя.
Афина и Арес, недружелюбно переглядываясь, пришли во дворец Зевса на очередной совет, и застали отца и Артемиду, разгоряченных спором.
- Я не смогу набраться опыта, если ты будешь все время держать меня на Олимпе! Как я смогу показать себя?
Артемида рассердилась. Ее лицо пылало, ладони сжались в кулаки, лук валялся у ног, видимо, выроненный во время перепалки.
- Что случилось? – спросила Афина, с интересом глядя на подругу.
Ей нравилось наблюдать за изменениями, происходившими с новоиспеченной богиней. Поначалу тихая и робкая, постепенно Артемида становилась все смелее. Она чаще начала высказывать свое мнение, не боялась даже отца, который мало кому позволял с собой спорить. Паллада поддерживала ее независимость, и часто приходила подруге на помощь в ее спорах с братом – Аполлон по-прежнему оберегал сестру, стараясь защитить от возможных неприятностей, из-за чего Артемида, несмотря на всю свою любовь к брату, постоянно на него сердилась.
- Я сказала, что было бы неплохо привлечь на свою сторону циклопов, - ответила она Палладе. – Отец согласился с этим, но категорически отказывается отпускать меня к ним!
- Я бы на твоем месте сама к ним не пошла, - спокойно заметила Афина. – Уж больно они свирепые. Доводы разума их совершенно не интересуют. А если попадешь под горячую руку, можешь сильно пострадать.
- Я их не боюсь, - резко бросила Артемида.
- Смотри-ка, наша кошечка показывает коготки, - ухмыльнулся Арес, получив в ответ свирепый взгляд охотницы.
- Артемида, насчет циклопов ты хорошо придумала, - сказала Афина, отвлекая ее от бога войны, чтобы она и с ним не начала препираться. – Но с ними пусть лучше побеседует Посейдон, у него у единственного есть над ними власть. Мы же с тобой можем навестить Океана и Борея.
- Хочешь лететь к Борею – лети. Но к Океану я тебе запрещаю приближаться, - нахмурился Зевс.
- Почему? – удивилась Паллада. Она немало слышала о могуществе этого седовласого титана, получить его в союзники было бы большой удачей.
- Он ненадежен, - отрезал Зевс. – Я ему не верю.
- Но если он встанет на сторону Аида…
- Я сказал нет! – полыхнул громовержец.
Пораженная Афина замерла. Отец еще ни разу не разговаривал с ней в таком тоне, и теперь она пыталась понять, чем могла его так рассердить. Арес тоже удивленно поглядывал то на нее, то на Зевса. Первая размолвка отца с его любимицей, вот это поворот! Но царь богов уже осознал свой промах и, смягчившись, улыбнулся дочери.