— У меня, народ, кое-какие планы, так что вечер проводите без меня, — говорит она.
Марчу хочется спросить, входит ли в эти планы Райан и не хочет ли она вместо того пригласить его сюда, но Арло его опережает:
— С Райаном, полагаю.
Тон у Арло сварливый, но Арти будто не слышит, только говорит:
— Хочешь завтра утром со мной на рыбалку, Арло? Мы на рассвете идем на кабана, но к десяти я освобожусь.
— У меня есть дела поинтересней, — отвечает он.
— Да ладно. Удочки я привезу. На мое обычное место.
— Ладно. — Вместо того, чтобы посмотреть на сестру, Арло волчком крутит пустую бутылку.
Арти наигранно улыбается Марчу, машет на прощание и идет к своей машине.
Они смотрят, как она отъезжает, Марч ждет от Арло объяснений. Вместо этого Арло кивает на пустые бутылки у ног:
— Не хочешь это поправить?
— Я с возвращения еще не был в «Моем местечке». Ты как? — Это любимый бар Марча, не только в Олимпе, но и на всем свете. Именно там он купил себе первое беззаконное пиво, еще до совершеннолетия, там же купил и первое разрешенное.
Они решают пойти пешком — до бара километра полтора, он рядом с городской площадью, — чтобы пить сколько вздумается. По дороге не обмениваются ни словом: оба давно освоили искусство ненавязчивого молчания. Дружба их всегда была равновесной: Арло умнее, Марч сильнее, Арло более вредный, Марч более опасный. Недостатки друг друга они воспринимали как вещь совершенно естественную. Тем не менее, когда Арло в третий раз пинает встретившийся по дороге мусор — бутылку из-под кока-колы, банку из-под пива, еще одну бутылку из-под кока-колы, — Марчу приходится признать, что молчание перестало быть ненавязчивым.
— Что там у вас с Арти? — спрашивает Марч.
Арло бросает на него косой взгляд и отвечает вопросом на вопрос:
— Ты много знаешь про них с Райаном?
— Только что она с ним встречается.
Они идут дальше, по обочине проселочной дороги, при приближении машины отступают в кювет.
— Похоже, дело настолько серьезно, что она отказалась заменить моего сбежавшего менеджера. Я утром ее об этом попросил.
— Для тебя это хреново, а для Арти здорово, верно?
— Ты слышал хоть что-то хорошее про Райана Барри?
— Если что плохо пахнет, Арти учует. Ей не нужно, чтобы мы ее спасали. — Марч призадумывается. — Хотя, впрочем, папе может понадобиться наша поддержка, если Райана пригласят на День благодарения.
— Это ты о чем?
— Лавиния Барри папу терпеть не может. Какая-то фигня с недвижимостью.
— Красота. Ну Арти и выбор сделала. — Арло пинает очередную банку, в воздух взлетает фонтанчик пива. — Никогда она так себя не вела.
Марч не уверен, что Арло прав, а если и прав, это еще не значит, что Райан Арти не подходит. Вот только что-то ему подсказывает, что Арло не желает этого слышать.
Они подходят к бару. Там, как всегда, темно, как всегда, пахнет сигаретами предыдущего века, и хотя Марч не был тут почти два года, он знает, что у стойки будут сидеть те же самые типы, что и в его последний вечер здесь. Флуоресцентные люстры по-прежнему свисают на два метра с восьмиметрового потолка, а за стойкой по-прежнему обитает кассовые аппарат 1940-х годов. Бабушки с дедушками Марча с обеих сторон танцевали тустеп на тонких деревянных половицах. За тремя столиками у сцены старикашки режутся в домино, не обращая никакого внимания на играющий оркестр.
Они выпивают по несколько рюмок, играют пару партий в бильярд. Иногда к Марчу подходят, поздравляют с возвращением или спрашивают с плохо скрытым скепсисом, насовсем он или нет. Очень многие поглядывают на него с любопытством. Иногда подходят женщины, поговорить с Арло: он с его репутацией притягивает людей, тогда как Марч отталкивает. Разговоры длятся недолго: городок слишком мал для случайного флирта. Все эти женщины чьи-то дочери, кузины, завтра кто-то из них будет пробивать им продукты в супермаркете, выдавать деньги в банке. Марч с Арло устраиваются за столиком у стены, принимают позы мужчин, которые не хотят, чтобы им мешали.
Несколько женщин сказали Арло, что им очень понравился его новый сингл.
— Я, похоже, не те радиостанции слушаю, — замечает Марч.
— Лучшее достижение — двадцать седьмое место в рейтинге «Билборда». Не бог весть что, но приглашений на гастроли в последние полгода поприбавилось. Впрочем, это ненадолго — я уже вылетел из верхней полусотни. И если пущу эти гастроли псу под хвост, растеряю последний импульс.
— А каким должен быть гастрольный менеджер? На случай, если мама все-таки заставит папу меня уволить?