ГЛАВА ВТОРАЯ
Юна сидит в заведении Айдена, в зале для родственников — тут всё в пепельно-розовых и бледно-серых тонах, от ковролина до коробок с бумажными платочками. Юна гадает: интересно, эта намеренная отсылка к бабушкиным гостиным помогает успокоить и ускорить организационный процесс? Или она вызывает желание потратить больше денег, отдав тем самым последнюю дань уважения? Она приехала рано: еще нет ни Теи с Арти, ни семейства Барри. На розовой кушетке только она и ее сожаления.
Строго говоря, Юна еще не совершила прелюбодеяния. Лишь поцеловала мужчину, который не является ее мужем. Однако впервые в жизни она поняла: иногда ты просто не можешь сказать себе «прекрати», сколько рассуждений в это ни вкладывай. Это даровало ей определенную долю сочувствия к прегрешениям Питера. После тридцати с лишним лет приверженности определенному мнению столь радикальный сдвиг внезапно превращает ее брак в неизведанную территорию.
В вестибюле слышны голоса: входят Тея и Айден. Юна обнимает Тею, ей очень жаль, что дочь не задерживается в ее объятиях, лишь торопливо сжимает ее и отступает. В сером кресле устраивается Айден, на нем костюм-тройка — его любимый наряд, который Юне всегда казался перебором, как вот, например, и галстук в цвет ковра. Какой-то маленькой и мелкой частью души она радуется тому, как у Айдена натягивается жилетка, когда он садится. Еще пара килограммов — и придется покупать на размер больше. Тея устраивается на другом конце кушетки, оставляя между собой и матерью изрядный зазор — якобы для Арти, а может, ей просто хочется быть подальше.
— Арти зашла в туалет, — объясняет Айден Юне. — Я знаю, что дела у нас печальные, но хоть можно порадоваться, что Марч вернулся. — Он смотрит на Юну так, будто ждет возражений.
— Геп, кажется, не очень этому обрадовался, — говорит Тея, давая Юне возможность собственный ее уклончивый ответ оставить при себе. А потом спрашивает у матери: — Или наш Геп его уже простил?
Юна вспоминает, что с Гепом не разговаривала с пятницы — с тех пор, когда отчитала его за то, что он топчется по ее газону с кувалдой. Снова плохая мать.
— Я с ним в последнее время не говорила, — сознается она.
У Теи на лице ожесточенное выражение, знакомое Юне еще со старших классов школы, притом что в прочем Тея сильно изменилась: взрослая женщина, живущая полной жизнью, — Юна о такой никогда не думала и не мечтала.
— Слушай, но у тебя была на это вчера вечером куча времени, пока ты бегала от Ли.
Дочь явно настроена на склоку — или явно разгневана. Вот такие вот привычные противоречия, мелкие перепалки и составляют большую часть их общения. При упоминании Ли Айден погружается в изучение бумаг, которые держит в руке, при этом Юна уверена, что он впитывает каждое слово.
Что подумает о ней дочь, если узнает про Коула? Если получит такой весомый повод для ожесточения? Угрызения совести по поводу вчерашнего вечера отвердевают, превращаясь в нечто, похожее на страх. Зачем она играет с огнем, хотя должна по мере сил помогать родным? Это безумие — пытаться отвлечься от того, что сейчас появится на пороге мать с разбитым сердцем и огромной неизбывной обидой. Нет, Юна не позволит себе отвлекаться. А днем позвонит Коулу и скажет ему это напрямик.
В напряженное молчание вторгаются голоса из вестибюля. Айден тихонько ускользает, возвращается с Лавинией Барри и ее матерью миссис Манн. Обе дамы в безупречных туалетах: черные платья, высокие каблуки, изысканные драгоценности, однако горе все же подтекает по краям: дрожащие руки, смазанная подводка. Юна сразу понимает, что миссис Манн — женщина, строго соблюдающая приличия, сохранившая дорогой наряд для похорон, даже когда прочие предметы роскоши пришлось распродать. Тому же самому она научила и дочь. Юна с Теей встают, Юна обращается к вошедшим:
— Миссис Манн, Лавиния, вы знакомы с моей дочерью Теей?
Вошедшие кивают Тее, не отвечая при этом на вопрос. Лавиния берет паузу, потом садится на диван напротив, разглядывает пустое место рядом с Юной.
— Арти в туалет пошла, скоро будет, — объясняет Юна.
— Я полагала, что увижу здесь и ее брата, — произносит Лавиния. — Это ему следовало бы встретиться со мной, попросить прощения. Мне представлялось, что в этом состоит суть вашего предложения. Частичное извинение со стороны Бриско. — Она поворачивается к Айдену. — Я ошиблась?