Первокурсники, стоявшие впереди, зашумели, обсуждая слова ректора. Оно и понятно. Прибывая в академию, все мы уже имеем определенной багаж знаний.
— Тише-тише! — потребовал ректор и обернулся к преподавателям. — Профессор Дорус, прошу вас.
Вперед вышел высокий мужчина, на вид лет тридцати (хотя кто знает, сколько магу на самом деле?), в такой же парадной мантии, как и все преподаватели, только с нашивкой свечи на плече. Все девушки, даже старшекурсницы позади нас, счастливо вздохнули, разглядывая профессора, а посмотреть, надо сказать, было на что.
— Собирательный образ мужчины моей мечты, — простонала Дина, глядя на блондина почти влюбленными глазами.
Я удивленно фыркнула, не поддавшись общему веянию. Что я, красивых мужиков не видела? Пф!
— Уважаемые студенты, — начал свою речь профессор и сдержанно улыбнулся, позволяя всем насладиться белизной своих зубов.
«Позер!» — мысленно констатировала я. И была услышана — взгляд профессора скользнул по мне, обещая все муки ада. Я тут же чертыхнулась и отвела глаза.
Это ж надо! Забыть о том, что профессорам, с их уровнем знаний, ничего не стоит прочесть мысли… Позорище!
— С завтрашнего дня у вас начинаются занятия, — как ни в чем не бывало продолжил профессор Дорус, отточенным жестом проведя пятерней по светлым волосам. — Утром в холле общежития вы узнаете, в какую из двух групп вас распределили. Именно по расписанию своей группы вы будете учиться в ближайший месяц. Для занятий по медитации вас разобьют на подгруппы, чтобы преподавателям было удобнее с вами работать. В этот месяц мы понаблюдаем за вами, а на медитациях оценим природные способности. Понятно, что многие из вас приехали сюда, явно полагая, что уже и сами все знают и вполне могут сдавать выпускные экзамены. Так вот, должен вас огорчить: ничего вы пока не умеете.
Старшекурсники позади нас загоготали, а мы с Диной недоуменно переглянулись.
— Видимо, — пробормотала подруга задумчиво, — после нас ожидает что-то такое, о чем мы…
— …не подозреваем, — за нее закончила я и кивнула. — Мне уже страшно. Тебе сестра или брат что-нибудь рассказывали?
Дина мотнула головой и прошептала:
— У студентов академии существует что-то вроде этики… Никто из старших младшим не рассказывает, что их ждет во время учебы.
Я понимающе кивнула, хотя не хуже Дины осознавала, что дело не в мифической этике, а в банальном желании поиздеваться. Кто ж будет рассказывать все, если можно потом с удовольствием наблюдать за мучениями младших.
— Все подробности вам сообщат завтра на вводном занятии, — продолжил профессор. — Но будьте готовы показать все, на что вы способны. Отмечу, что количество заученных вами формул заклинаний или составов зелий не имеет значения. Здесь каждый, если можно так сказать, начинает все с нуля. Поэтому заранее предупреждаю: выпячивать свои знания не советуем. Иначе будет очень некрасиво, если вы сядете в лужу перед всей группой и преподавателем.
Первокурсники притихли, обдумывая слова профессора Доруса, он же обвел толпу внимательным взглядом голубых глаз, переглянулся с ректором и продолжил:
— Теперь для второго и третьего курсов…
Дина, перестав слушать, осматривалась вокруг, со все возрастающим волнением наблюдая недоумение на лицах студентов. Если эльфы и нимфы восприняли информацию спокойно, будто чего-то подобного и ожидали, то колдуны, ведьмы, маги и волшебницы пребывали в волнении и замешательстве.
— И как теперь?.. — начала Дина, но тут же умолкла.
— Давай просто доживем до завтра, — предложила я. — Все равно сейчас мы ничего не угадаем, только накрутим себя раньше времени. Это учеба. Справимся.
Подруга покивала, и мы продолжили слушать профессора. После него выступил главный смотритель территории академии, кратко изложив нам список запретов. Мы ничего не запомнили, но смотритель в конце добавил, что полный перечень будет висеть в каждом корпусе академии и в холле общежития.
— Не отвертишься теперь незнанием, — хмыкнула Дина.
Я заметила, как блеснули ее глаза. Она явно не собиралась полностью следовать правилам.
После речи смотрителя вновь взял слово ректор, объявив, что в честь начала учебного года всех ждет праздничный банкет в большой столовой, и толпа голодных студентов ринулась в соседний зал, как саранча, перекатываясь волнами между столами. Мы с Диной приотстали, не желая быть растоптанными еще до начала первого занятия, поэтому нам достались только два места с краю самого дальнего столика, да и то соседи странно на нас посматривали.