Выбрать главу

Он неспешно вешает её себе на шею. Золото поблёскивает на фоне его широкой груди.

Подходит ко мне — медленно, как тигр перед прыжком.

Я успеваю заметить, что медаль чуть повёрнута. На ней выгравировано что-то — не разобрать. Но от одного вида этой блестяшки коленки становятся ватными.

Рывком опускает меня на колени.

— Лук ат, — говорит коротко и кивает на свою медаль. — Сии? Дис ис ми.

***

Я смотрю.

Сначала на медаль. Потом перевожу глаза на него. В лицо. В глаза. И мне кажется — там всё-таки нет злости. Хотя мужчина и откровенно пугает.

В его взгляде — уверенность человека, который привык побеждать. Который привык, что ему подчиняются.

Все его слушаются. Даже золото Олимпиады — и то в его руках.

Его тяжёлая рука ложится мне на голову — не больно, без давления, но здорово ощутимо так. И твёрдо. Чисто по-спортивному, по-тренерски:

— Good girl.

Я не проститутка, какого-то супер опыта у меня нет.

Но тут дело не в опыте. Дело в том, что передо мной — живая легенда. Человек, чьё фото висело на билбордах. И сейчас он смотрит на меня сверху вниз, и от этого взгляда мурашки по всему телу.

Реально, ощущаю внутри себя гордость. Распирает от того, что рядом со мной — такой знаменитый мужчина. Да, Анька была права — знала куда приезжать.

Мужчина оценивающе смотрит на меня, а потом шипит — не на русском, но я отлично понимаю смысл этих слов:

— Ес, биччч, ес!

Бич — я знаю как переводится.

Грязное ругательство, которое мне не хочется слышать в свой адрес. Но поднимая глаза на мужчину, я действительно ощущаю себя таковой: маленькой сучкой у его ног, бесконечно готовой на все.

Я перед ним на коленях, снизу вверх смотрю на его золотую медаль...

Делаю всё, что он требует. А требует он много — быть послушной. Очень послушной.

И когда он заканчивает — рычит и шлёпает меня по щеке. Я вздрагиваю, инстинктивно беру вдох, но он тут же зажимает мне нос двумя пальцами — сжимает крепко. Перекрывает дыхание.

Что за...

Я чуть не задохнулась!

Инстинктивно отшатываюсь, от страха и от недостатка воздуха широко открываю рот.

Не успеваю ничего сообразить — как он хватает меня за волосы, приближает к себе…

Усмехается.

Перед глазами мелькает что-то черное, крупное… На ремешках с защелками.

И у меня во рту оказывается кляп.

Отходит, ложится на кровать. Берет смартфон и кому-то звонит.

Короткий разговор по телефону:

— Давай, жду, — бросает он на английском кому-то в трубку.

Кому?

И о чем?

Время будто стоит.

Я не знаю чего мне от него ждать. Хочется уйти, если честно.

А чего, собственно, я так волнуюсь? Если хочу — то могу. И я решаю встать — пока еще только мысленно. Как вдруг…

… дверь открывается.

И прямо передо мной появляется еще один.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ВИЗУАЛЫ 1

А вот и наши олимпийские чемпионы подъехали. Разбирайте кому какой!)

Еще больше артов в группе ВК.

Ссылку можно найти тут

https://litnet.com/shrt/aLt9

___________

Книга будет горячей.

Очень.

А те, кто читал ее в первой версии — скажу по секрету: в новой версии появился медицинский вайб))

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Властный

Не успеваю увидеть, кто он, как он хватает меня за волосы…

Оттягивает назад и заставляет посмотреть ему в глаза. Обжигает надменным взглядом, от которого меня бросает в дрожь.

Ледяной, требовательный, властный — с таким лицом можно проворачивать какие угодно дела и знать, что всё идёт по плану.

Опасный.

Не могу смотреть ему в глаза. Боюсь.

Он туго стягивает мои волосы в хвост. Приподнимает подбородок, хмыкает, видя в моем рту кляп.

— Ваай? — спрашивает у приятеля, трогая мои губы.

«По-видимому, чтобы не визжала» — мысленно отвечаю на его вопрос.

Вслух красноречиво молчу.

Смотрю на него снизу вверх огромными глазами. Почему-то когда рот заткнут, глаза так и стремятся вылезти из орбит.

Он мускулистый, но не такой перекачанный, как его друг. Немного выше ростом, но явно не баскетболист. Думаю, тоже борец, есть в них что-то общее. Какая-то надменность во взгляде.

Внешне — он очень красив.

Глубоко посаженные глаза, светлая кожа, лицо серьезное, но по-королевски застегнутое, словно здесь он самый главный.