И. ВОРОБЬЕВА: Бандиты и прокурор подают в суд на губернатора.
Б. НЕМЦОВ: Они подали на меня в суд и, вы ахнете (это к вопросу о Басманном правосудии), они выиграли у меня суд. Я бился, объяснял, что это народное благо, что это пособия, дороги. Ничего. Это незаконно, отменяйте. Ну, что делать. Есть решение суда, я его даже опротестовывать не стал. Я понимал, что это действительно незаконно. Хотя и очень правильно. Я отменил это решение и побежал в Думу. В Государственную. Подготовив закон знаменитый об упрощенном налогообложении малого бизнеса. Этот закон родился ровно тогда. Так вы ахнете: 4 года мы его пробивали в Думе. Мы не могли его пробить. Вот этот закон, по которому сейчас весь малый бизнес живет в России, мы не могли пробить 4 года. Почему он работает до сих пор? Потому что он основан на тех понятиях, которые выстраданы веками.
И. ВОРОБЬЕВА: То есть получается, когда суд вы проиграли, бандиты так и продолжали собирать.
Б. НЕМЦОВ: Да, у нас с ними другая была договоренность. Если уж вам это интересно. Они все-таки выходцы из Нижнего Новгорода (а пришлых у нас не было, мы не пускали, со своими бы еще разобраться). Приезжали с Кавказа бандиты, хотели там переделить бандитский рынок, но, слава богу, этого не случилось. Там, кстати, тоже была спецоперация спецслужб и бандитов. Чтобы не допустить пришлых.
И. ВОРОБЬЕВА: Вот 90-е.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Так мы узнаем о губернаторских решениях и о том, как человек может стать популярным губернатором.
Б. НЕМЦОВ: Нет, я стал реально популярным губернатором, знаете когда? Во-первых, когда мы принимали дороги, построенные на конкурсной основе, на капоте стоял стакан с водкой. Я был за рулем. Если стакан не разливался, то, естественно, дорога принималась. Во-вторых, на этом участке гаишники не могли неделю никого просто так останавливать. На этом конкретном участке. Вот тогда я стал очень знаменит. А эта история скорее скандальная.
И. ВОРОБЬЕВА: Там вы принимали самостоятельное решение, даже пусть и незаконное. Когда вы приехали в Москву, стали работать в Кремле, таких решений вы уже не смогли принимать.
Б. НЕМЦОВ: Нет.
И. ВОРОБЬЕВА: Вы другим руководствовались, получается.
Б. НЕМЦОВ: Там все другое. В Москве выяснилось, что есть куча разных интересов, есть огромное количество согласований. Я помню только одно решение, которое ни с кем не согласовывал. Просто пошел к Ельцину с ним. Это решение об отстранении Березовского с должности замсекретаря Совета безопасности. Никто, включая Черномырдина, не стал ставить визу на этом указе, и мы тогда с Чубайсом пошли к Ельцину, и с одной визой, вернее, была моя виза. Чубайс не ставил, он сказал, что он согласен. Была одна моя виза. Когда Ельцин перевернул листок (это стандартное поведение президента — а кто завизировал?) он увидел — одна подпись, совсем не годится. Я говорю: «Ну вот никто не хочет визировать, но все равно придется решать как-то». Ельцин, кстати, очень быстро уволил Березовского, причем это было интересно. Мы подготовили указ на красном бланке, Ельцин.
И. ВОРОБЬЕВА: Почему красный бланк?
Б. НЕМЦОВ: Это президентский бланк. То есть это пронумерованные листы с гербом, листы особой отчетности, гербовая бумага и так далее. И вдруг Ельцин берет ручку и слово «указ» зачеркивает. То есть портит листок. Я говорю: а зачем вы зачеркнули «указ»? Он говорит: кто такой Березовский? Распоряжения хватит.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Боже.
Б. НЕМЦОВ: Круто.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вот это, понимаю, история.
И. ВОРОБЬЕВА: У нас еще очень много тем.
Б. НЕМЦОВ: На самом деле в Москве было намного сложнее. Самые простые решения, допустим, — известная история, моя пересадка чиновников на отечественные автомобили. Я сейчас очень коротко скажу. Мне казалось, она настолько очевидная, понятная. Они тратят не свои деньги, а деньги налогоплательщиков. Автомобильный сектор надо поддерживать. Всю прелесть российских дорог своими задницами они должны ощущать. Все было ясно. Дикое сопротивление. Сколько совещаний в Кремле, как бы этот указ похоронить, не выполнить.
И. ВОРОБЬЕВА: Еще бы. В общем, неудивительно. Читаю вашу биографию. Конец 80-х — экологическое движение борьбы против строительства Горьковской станции теплоснабжения. Как из протестного эколога вы стали губернатором Нижегородской области, родившись в Сочи.