Б. НЕМЦОВ: Знаете, Навальный меня моложе на 17 лет. Он мне нравится тем, во-первых, что он смелый и не боится. Второе — что он въедливый, это тоже очень круто и достаточно аргументированный. Но мне кажется, что он преувеличивает свои возможности. Он, например, считает, что если его посадят, то через несколько лет его выпустят. Так же, кстати, считал Ходорковский. Если бы он был в моем возрасте, он бы так, наверное, не считал. Единственное, что у меня вопрос к Навальному серьезный: не будет ли он изданием Путина. То есть готов ли он, например, открыто и ясно заявить, что я, Навальный, в своей предвыборной программе, неважно — президентской или парламентской, заявлю, что я изменю конституцию, и никто больше двух сроков по 4 года президентом быть не будет. Я, Навальный, скажу, что парламент будет формировать правительство, что процедура импичмента президента.
В. ДЫМАРСКИЙ: Вы предлагали это?
Б. НЕМЦОВ: Формально он подписался под политической программой оппозиции, то есть проголосовал за решение Координационного совета, где все эти пункты есть. Но одно дело, когда ты в рамках Координационного совета, а другое дело.
То есть если бы он так сказал, я думаю, что число сторонников именно среди демократов, либеральных людей, людей европейских, образованных.
Потому что, знаете, дело не в Путине, а дело в системе. Будет не Путин, а Мутин. И что дальше?
В. ДЫМАРСКИЙ: Вот, кстати, это вопрос как раз то, что заявил Никита Белых, по-моему, в интервью по поводу Навального. Он считает, что ошибка оппозиции в том, что она борется с персоналиями, анес системой.
Б. НЕМЦОВ: Я не согласен. Я знаю, я читал, я видел разговор. Я не согласен. Я считаю, что у нас персонифицированная власть, всю систему построил один человек. И если этот человек не уйдет, то мы эту систему изменить не можем. Просто не можем. Дело не в Путине. Дело в том, что мы ничего с ним сделать не можем. Он неизменяемый. Он уже пожилой человек, пенсионного возраста, в этом возрасте уже люди не меняются. Поэтому его надо, конечно, убрать, дальше надо изменить конституцию, ограничить право президента, вернуть сменяемость, проветривать коридоры власти регулярно, вот это очень важно — проветривать, там дышать нечем, там испорчен воздух, там просто нечем дышать. Поэтому необходимое условие для наведения порядка в стране — это уход Путина, а достаточное условие — это ограничение власти президента и сменяемость.
В. ДЫМАРСКИЙ: Ну что, на все вопросы ответил.
К. ЛАРИНА: Молодец.
Б. НЕМЦОВ: Спасибо большое.
К. ЛАРИНА: Спасибо.
2013 г.
Оппозиция: примиримая или непримиримая?
(Интервью Б.Е. НЕМЦОВа для радио «Эхо Москвы». Ведущий Виталий Дымарский)
В. ДЫМАРСКИЙ: Здравствуйте. Гость у нас один. Это Борис НЕМЦОВ. Борис Ефимович, я вас приветствую.
Б. НЕМЦОВ: Добрый вечер.
В. ДЫМАРСКИЙ: Давай поговорим про оппозицию. Есть мнение, что она ничего не делала в этом году.
Б. НЕМЦОВ: Я не согласен. Начнем с фактов.
Первое: День России, 12 июня, марш миллионов и митинг на проспекте Сахарова. Мало кто думал, что больше 100 тысяч человек будет. Мало кто надеялся, что нам удастся принять достаточно важный для будущего протестного движения документ «Манифест свободной России».
Дальше, должен вам сказать, мы столкнулись с диким ростом репрессий. Вы знаете, что, после арестов и задержаний нескольких тысяч человек на «Оккупай Абай» эта репрессивная машина закручивалась, и не только на уровне безумных законов в Думе, установление цензуры в Интернете, репрессии в отношении организаторов митингов. Не только возвращение статьи за клевету в уголовный кодекс, но еще и фактически.
Дело о 6 мая, так называемых массовых беспорядках на 6 мая — это дело в полном объеме раскручивалось в течение всего лета. Прошли обыски и у меня, и у Навального, и у Собчак, и у Яшина, и у Удальцова. И главное — еще у сотен людей, о которых мы не знаем. За решеткой оказалось 15 человек. А следственная бригада, насчитывающая несколько сотен следователей, допросила более 2000 человек. И вот это дело шьют, и даже «Эхо Москвы» оказалось вовлеченным в этот процесс. На днях я говорил с Алексеем Алексеевичем Венедиктовым. И он сообщил, что из Следственного комитета пришло письмо с требованием, во-первых, указать наши телефоны, мейлы и все контакты, а, во-вторых, все наши эфиры на «Эхо Москвы», начиная с 22 апреля, в общем, перечисленных этих людей, где были обыски, должны были быть переданы в Следственный комитет. То есть они, конечно, выполняют заказ, они фабрикуют дело, дело идет довольно у них кисло, но тем не менее идет, и это занимает у нас массу времени, потому что вы понимаете, что обыски, допросы и так далее, помощь людям, которые оказались в тяжелой ситуации — это задача, которую мы должны решать.