Ева вышла на тренировку позже всех. Журналисты на трибунах успели сделать по этому поводу новости, так что девушка шла в сторону катка и читала заголовки:
«Спортсменка Ева Смирнова не вышла на Олимпийскую тренировку»
«Травма или снятие с Олимпиады?»
«Тайна Евы Смирновой»
Да уж, журналисты могли навести шуму из пустого места. Она просто была у медика, который накладывал ей тейпы. Но даже с опозданием на полчаса она успела устать до невозможности. Все девочки делали прокат своей короткой программы, но в конце тренировки, что почти невозможно было сделать выдохшимися.
Парням повезло больше. Сегодня у них был выходной, оно и понятно, Артём так повеселился вчера за свою победу… Нет, он не пил, но там были такие визги радости. Тимур только смотрел с улыбкой на друга, который обзванивал всю свою родню и хвастался им своей победой. Будто они сами этого не видели по телевизору. Но для Беспалова это было огромной победой, Панкратов понимал. Правда ему стало грустно, когда он смотрел на то, как Артём общается со своей мамой по видео связи. Столько лестных комплиментов, улыбок, похвалы… Честно, Тимур не выдержал и вышел.
И там же, в коридоре, встретился со своей мамой. Сухое «Увидимся на тренировке» — вот что он заслужил.
Но это вчера. А сейчас Тимур открывал дверь в помещение с катком, чтобы тихонько присесть на трибуны и наблюдать за прокатами девочек. Вместе с кучей журналистов, которые не стесняясь фотографировали, писали и делали множество статей. Самое сложное в окружении журналистов было сохранить отношения с Евой в тайне. В сети и так появилась фотография, где Панкратов подает девушке руку при выходе из самолета. Вместе они договорились, что никаких касаний не в комнатах.
Последнее сообщение Евы перед тем, как пропасть на три часа, было: «В пять вечера будь у меня»
Да уж, в четыре вечера у него по планам вновь обколоть ногу обезболивающим, а потом идти к любимой девушке, которой он и не расскажет почему не чувствует конечность.
Он пришел посмотреть прокаты чтобы отвлечься, а получился полностью противоположный результат. Смотря на прокат Прохоровой хотелось выть и плакать. Он просто держался за голову, уперевшись в колени. Как она вообще может так плохо кататься? Это просто невозможно для Саши, она ведь самая титулованная спортсменка за всю историю Федерации. Она находится на пике формы, он сам видел ее прокат на контрольном смотре. А сейчас?..
Она упала с тройного акселя, у нее страдала центровка на вращениях, степ на тройном лутце и падение на тройном тулупе, который был вторым прыжком в каскаде. Это было невозможно.
— Твою мать… — прошептал Тимур, видя слезы Александры. Не помня как он это сделал и почему нога не дала сбой, он спустился вниз, к тренировочной площадке. Денис Русланович бросил на него вопросительный взгляд, но Тимур не смог на него ответить. Смотрел только на сокомандницу и подругу, которая просто стояла и плакала, облокотившись на бортик. Это был худший прокат в её жизни и через пару часов этим будет увешаны все социальные сети и новостные каналы.
— Саша, — он слегка прикоснулся к ее руке, — Что случилось?
Девушка размазала слезы по щекам, поднимая взгляд на парня.
— Я не могу… я слишком много ответственности на себя беру… — та же песня, что и у Артёма. Почему у него одного из одиночников нет мысли, что это слишком много ответственности и он не может? Да у него нога сломана, а он собирается кататься.
— Саш, — его губы растянулись в улыбке, — Ты талантливая и сильная. Чемпионка России, Европы и Мира. Саш, Олимпиада для тебя. Сегодня неудачи, но ты должна собраться и сделать на свой максимум. А я уверен, что твой максимум еще далеко не достигнут. У тебя все получится.
И повинуясь случайному порыву обнял девушку, поглаживая ее по спине. Прямо через бортик, наплевав на то, что у него будет мокрое плечо после этих слез. Главное, чтобы девушке стало спокойнее.
На заднем плане свою короткую программу прогоняла Вероника. Падение во вращении, недокрут в тройном флипе и степ с рукой на двойном тулупе, втором прыжке в каскаде. Тоже плохо, но у нее есть время. Да и катается она не так превосходно, как Александра.
— Ты прав, — она тяжело вздохнула, — Что-то я совсем расклеилась с этой Олимпиадой. Нужно входить в форму.
И тяжелый вздох, подтверждающий, что действительно нужно.
— А что ты тут делаешь? — она проскользила взглядом по парню в олимпийской форме.
— Пришел посмотреть на прекрасных сокомандниц.
Прохорова улыбнулась, отлипая от него и отъезжая. Пошла тренировать прыжки на свободной части катка, пока начинала прокат Ева. Тут Тимур уже смотрел внимательнее. Хотел успеть уйти на трибуны, но не успел и грозился пропустить половину проката, если пойдет.
Тренеры смотрели на неё в пол оборота, обсуждая что-то и иногда посматривая на Сашу. Как бы не было замены в команднике… Тимур поджал губы, смотря на аккуратные и плавные движения легкой как пушинки Евы.
Она упала с тройного акселя, все остальное сделала чисто. Но этот тройной аксель… Панкратов тяжело вздохнул. Смирнова осталась довольна и смотрела в сторону парня, но он развернулся и ушел в сторону выхода. Кажется, романтическое свидание вечером отменяется. Будут тренировать тройной аксель прямо в номере. Потому что это не дело!
Надо будет еще написать Прохоровой, спросить все ли хорошо. Ей катать через два дня, а с таким результатом её могут и снять. Чемпионка Мира, Европы, России, а на Олимпиаде ее снимут с комадника. Даже Тимуру это казалось полнейшим бредом.
«Я приду в пять тридцать» быстро написал он Еве, перед тем, как направиться к выходу из здания. Не нравилось ему, что у сокомандниц начинают сдавать нервы.
***
Ева лежала без сил, как рыба, выброшенная на берег. Ноги гудели так, словно она никогда не вставала на лёд и это был её первый раз. Еще и Тимур задерживался, а она еле как выпроводила Сашу из своей комнаты. Кажется, она пошла гулять с Артёмом. Или смотреть на тренировку танцоров. Но собиралась слишком долго и активно, так что та Саша, что вышла из комнаты вечером и Саша, которая плачет на льду, были совершенно разными людьми. Смирнова бы обязательно поинтересовалась на наличие интереса у девушки к фигуристу, но получила бы в ответ соответствующие вопросы.
17:43.
И последнее сообщение в диалоге.
Ева Смирнова: Ты скоро? 17:37
Он не был в сети уже час и Ева начинала слегка переживать. Все ли с ним хорошо? Сходить в комнату к нему очень хотелось, но ноги абсолютно не ходили. К счастью, лежать долго не пришлось и уже через пять минут возле её двери послышались знакомые легкие шаги, а после и стук в дверь. Как бы Еве не хотелось крикнуть «заходи» и остаться лежать, пришлось ради приличия вставать. Как минимум, чтобы не травмировать психику парня своим лежанием. А то сразу себе надумает, что у нее нога болит.
Ева подошла к двери, поправляя свою облегающую спортивную кофту. Открыла, тут же замечая блондинистые растрепанные кудри.
А потом она увидела цветы!
Огромный букет лилий, который и держал этот… этот…
Ева издала звук на языке дельфинов, тут же кидаясь на шею к парню. Конечно, оглушила она его знатно, и обнимать ее было неудобно, но как же Тимур был доволен произведенным эффектом! Одной рукой он обхватил тонкую талию девушки, прокручивая ее. Нога отдала на это движение глухой болью, но Панкратов лишь поморщился, останавливаясь и не подавая звуков.
— Ты… Ты просто… — Ева не находила слов, смотря на огромный букет. Господи, какой же он дорогой… Она даже не могла представить, где он его нашел посреди зимы и в какую цену ему все это обошлось, — Заходи.
Она вспомнила, что они стоят в коридоре и, наверное, жителям соседних комнат очень не понравилось бы выйти на громкие визги девушки. Парень улыбнулся, проходя внутрь и, следом за захлопнувшейся дверью, вовлекая Еву в поцелуй. Легкая улыбка и она уже привстает на носочки, обнимая Тимура за шею.