— Пошли. Ты готов, ты Чемпион. Докажи всем свое звание! — и прожигающий взгляд тренерских глаз. Такими же на него смотрели на первом Чемпионате России, его золотом Чемпионате России.
Они выходят из раздевалки. Свет падает ему в глаза. Трибуны полностью заполнены, спортсмен на льду докатывает. Орион Мэттьюс, американский спортсмен, встает в свою победную позу. Трибуны взрываются, а на Панкратова еще больше накатывает паника. Он скользит глазами по трибунам, разворачиваясь вокруг себя и пытаясь найти те самые глаза, которые внушали в него уверенность. И нашел.
Прямо за своей спиной, на нижней трибуне. Она совсем близко, быстро спустится после проката. Ева улыбается, смотрит прямо на Тимура. Фух. Успокоиться.
— Внизу мы видим нашего спортсмена — Тимура Панкратова, который готовится выйти на лёд.
— Признаться честно: мы переживаем за этот прокат. Вчера у Тимура были явные неполадки с прокатом, но, мы надеемся, раз он тут, неполадки устранены.
— Да, вероятно, это был неудачный день. Но то, что спортсмен уже готовится, говорит о том, что тренеры в нем уверены. Вот, кстати, на экранах мы можем видеть также Дениса Руслановича Ушакова, главу тренерского штаба, который тренирует всех наших спортсменов, кроме Вероники Ширяевой и Танцоров, также являющегося личным тренером Тимура Панкратова. </i>
Американцу выставляют оценки, а Тимур начинает раскатываться. Нога действительно не болит и это внушает уверенность. Главное, чтобы так было и дальше.
Крики трибун, приятный лёд под ногами. Американцу поставили 179.35. Отличные оценки, но вот уверенности Панкратову не добавляют.
Еще немного времени и его выводят на экран. Он поднимает руки вверх, приветствуя зрителей, а еще старается не смотреть на надпись «World ranking: 1». Зал это еще больше подбадривает и они буквально кричат, встречая его.
— Вот, кстати, напоминаем вам: Тимур действующий Чемпион Мира. Интересно, что он покажет нам сегодня?
— А выступает он кстати под музыку Roundtable Rival — Lindsey Stirling, удлиненную версию. Посмотрим же на великолепный прокат спортсмена.
«С богом» мысленно выдыхает он перед первой нотой музыки. Чтобы выступать на Олимпиаде определенно нужны стальные нервы.
Заученные упражнения, легкие взмахи руками и хореографические связки. Он словно король на льду, плывущий и нежный. Но в то же время безумно сильный.
Четверной тулуп.
— Как он? — Саша пришла на трибуны. Ого. У нее соревнования через полчаса, а она тут. Пришла болеть за Тимура.
— Паршиво, — вздохнула Ева, — но я в него верю.
Тимур улыбался, пытаясь убрать волнение. Конечно, он волновался. Но уже меньше, чувствуя приятный кайф от проката. Он так любил соревнования. Так любил, когда на него смотрят тысячи зрителей.
Кантилевер.
Сделанный хорошо, словно он не был ростом почти 185, а маленькой девочкой, которой мало сгибаться. Нога абсолютно не отозвалась болью, у Тимура словно выросли крылья за спиной, но он знал, что нельзя полностью доверять этому ощущению. Ему катать еще личные, и там обезболивающее могло уже не сработать.
Тройной лутц.
— Почему он сделал тройной? — Саша была полностью не в курсе того, что изменения в программе Панкратова окончательные на командный турнир. Ожидала сейчас кучу четверных прыжков, а он с самого начала программы выполняет тройные.
— Потому что ему снизили сложность программы, — Ева отвечает коротко, ведь она напряженно смотрит за изящными движениями молодого человека. Она не успела настроить его утром — её задержали на медицинском осмотре. С этими волнениями за парня она абсолютно забыла, что у нее вообще-то тоже нога болит. Но, болела она слабо, а какую боль испытывал Тима она даже боялась представить. И искренне восхищалась тем, что он вышел на лёд.
Панкратов начинал паниковать по поводу набора баллов, внутри него столкнулись ангел и демон. Один говорил прыгать и плевать на то, что будет в личном, а другой говорил наоборот, что личное важнее. И нужно беречь себя для личных.
Тройной аксель.
Он еле выехал, сжимая зубы. Да, не хватало только упасть на Олимпиаде. «Ну, а что. Лёд знакомый, он уже падал на него. Знакомая позиция».
Саркастичные комментарии внутри его головы помогли собраться и настроиться мысленно на следующий прыжок.
— Он хорошо держится, — Роман еще мог говорить. Дениса Руслановича просто трясло, он абсолютно не мог собраться и что-то произнести. Сейчас на льду его спортсмен. ЕГО. И только его, мальчик, которого он буквально вытащил с низов и поставил на пьедестал. Выковал в нем сталь, поставил стержень. И взрастил своего Чемпиона.
В голове тренера проносилось все. Первый Чемпионат России, на который он повез Тимура. Худого мальчика с горящими глазами и кудряшками на голове, которые он так любил. Программа была новая, сырая. Но после этого проката зал стоял. Рыдал. Слезы катились водопадом по лицам, а мальчик купался в лучах славы. Маленький гений, покоривший сердца зрителей. Артём тоже был на том Чемпионате. Конечно же, еще юниор, ведь мальчикам рано переходить во взрослые. Только Тимур стал исключением — четырнадцать лет, первый Чемпионат России. А ведь Артём вышел из юниоров только спустя три года, в семнадцать. Сразу же схватив медаль Чемпионата Мира. Это был огромный удар по Тимуру. Но именно тогда к его развитию добавилось невероятное ускорение.
Четверной риттбергер.
Сразу же, словно не касаясь льда, тройной тулуп.
Идеальный выезд.
Такой же выезд был на Чемпионате России два года назад. Тимуру семнадцать, его программа черного лебедя. Как всегда идеально, как всегда шикарно. Но какой ценой далась та программа. Весь переломанный, с напрочь растянутыми связками и истериками каждую тренировку. Он просто не мог собраться. Его мальчик рушился на глазах. Резкий скачок роста, рост мышц и он уже не может так легко выполнять все эти прыжки. Но каскад с тройным тулупом, что тогда было огромным достижением — смог сделать.
Дорожка шагов.
Вот она всегда была его слабым местом. Прыжки, повороты, компоненты — все на высоте. Но дорожки…
— Держись, мой мальчик, — прошептал Денис Русланович, даже не обратив внимания на взгляд Романа. Когда-нибудь, он поймет. Когда возьмет себе совсем еще зеленого юниора, маленького мальчика, не способного собрать ноги вместе, но уже покоряющего пьедестал юниорских чемпионатов мира и России. Будет растить его, ставить программы, каждый раз ударяясь и ударяясь о стену. Чтобы потом добиться великолепных прокатов. А затем чувствовать его боль как свою. Просто каждый раз. И Денис Русланович прекрасно знал, насколько это больно — кататься со сломанной ногой. Кататься на Олимпиаде.
Четверной флип.
Ойлер.
Тройной сальхов.
Падение на последнем, Денис Русланович буквально взвыл. Тимур сматерился, что явно будет видно на прямых трансляциях, входя во вращение. Черт возьми. ЧЕРТ ВОЗЬМИ! ОН УПАЛ!
УПАЛ. НА. ОЛИМПИАДЕ!
Тяжелый вздох Евы с трибун. Она едва сдержала вскрик. Он упал…
Тамара Львовна закатила глаза. Снова он её подводит. И снова на чертовых важных стартах. Даже противно признавать, что у нее фамилия Панкратова. Ведь она растила Чемпиона! А не это…
Он шел спиной на лутц. Очень уверенно и понимая, что он его сделает.
Четверной лутц.
Он устойчиво приземлился. И… Чем черт не шутит!
Четверной флип.
Панкратов красиво выехал под крики трибун. Каскад четыре-четыре!
— ЕСТЬ! — Дениса Руслановича было слышно первым трибунам. Он закрыл глаза, откидывая голову назад. Вот Тимур… Господи!
Гидроблейд, настрой на идеальный четверной сальхов и просто дикий драйв. Он выполнил сложнейший каскад в своей карьере!
Четверной сальхов.
И он взлетает вверх, словно птица. Вокруг все не важно, важен только он и этот прокат. Прокат, где он блистает. Пик его карьеры — Олимпиада. Неизвестно, будет ли следующая. Неизвестно, сможет ли Тимур вообще кататься. Но сейчас важно только одно — прокат, прыжки, вращения и звучащая музыка. Его прокат.