– Я больше не мог спать, – робко ответил Оливер. – Простите, если я вам помешал, сэр.
Феджин дотронулся до шкатулки.
– Ты видел эти хорошенькие вещички? – спросил он.
– Да, сэр, – ответил Оливер.
– А! – сказал Феджин, слегка побледнев. – Это… это мои вещи, Оливер. Моё маленькое имущество. Всё, что у меня есть, чтобы прожить на старости лет.
Оливер подумал, что старый джентльмен, должно быть, настоящий скряга, если, имея столько часов, живёт в такой грязной дыре. Однако он не придал особого значения тому, что увидел, и отправился умываться. Когда он привёл себя в порядок, домой вернулись Плут и ещё один мальчик. Вчетвером они сели за завтрак, состоявший из кофе, ветчины и горячих булочек.
– Ну, – произнёс Феджин, – надеюсь, мои милые, вы поработали сегодня утром? Что принесли?
Плут начал первым.
– Парочка бумажников, – с этими словами он протянул их Феджину.
– Могли бы быть и потяжелее, – заметил Феджин, внимательно ознакомившись с их содержимым. – Но сделаны очень мило и аккуратно… Он искусный работник, этот Плут. Правда, Оливер?
– О да, очень искусный, сэр, – ответил ничего не подозревающий Оливер.
Второй мальчик, Чарли Бейтс, расхохотался, услышав ответ Оливера.
– А ты что принёс, мой милый? – обратился Феджин к Чарли Бейтсу.
– Утиралки, – ответил тот, доставая четыре носовых платка.
– И то хорошо, – улыбнулся Феджин. – Тоже недурны.
Он повернулся к Оливеру с вопросом:
– Тебе бы хотелось делать носовые платки так же искусно, как Чарли Бейтс, мой милый?
– Очень, сэр, если вы меня научите, – ответил Оливер.
Чарли снова разразился хохотом.
После завтрака старый джентльмен и оба мальчика затеяли весьма любопытную игру. Старик засунул табакерку в один карман брюк, бумажник в другой, часы положил в жилетный карман, приколол к рубашке булавку с фальшивым бриллиантом и спрятал носовой платок в задний карман. Затем он принялся расхаживать по комнате, подражая пожилым джентльменам, прогуливающимся по улице.
Иногда старик останавливался, словно бы поглазеть на витрину лавки. Всё это время оба мальчика следовали за ним по пятам. Наконец Плут наступил ему на ногу, а Чарли налетел на него сзади. В мгновение ока они опустошили его карманы, вытащив всё, что Феджин по ним рассовал.
Они повторяли эту игру снова и снова. Стоило Феджину почувствовать чью-нибудь руку в своём кармане, он кричал, и игра начиналась сначала.
Оливер с удивлением смотрел на них, но ещё больше его озадачило предложение Чарли пойти поразмять копыта. Он решил, что это означало пойти прогуляться, потому что вскоре Плут и Чарли действительно ушли.
Тогда Феджин спросил у мальчика, торчит ли у него из кармана носовой платок.
– Да, сэр, – ответил Оливер.
– Попробуй достать его оттуда так, чтобы я не заметил, – предложил старик.
Оливер сделал так, как недавно делал Плут: одной рукой придержал карман снизу, а другой осторожно вытащил платок.
– Готово? – воскликнул Феджин.
– Вот он, сэр, – с гордостью сказал Оливер.
– Ты ловкий мальчуган, мой милый! – похвалил его старый затейник. – Никогда ещё я не видывал такого шустрого мальчика. Вот тебе шиллинг.
Много дней Оливер не выходил из комнаты Феджина, и каждое утро повторялась эта странная игра. Наконец наступило утро, когда Оливеру было велено идти с Плутом и Чарли.
Мальчики втроём отправились в путь. Плут по обыкновению подвернул рукава и заломил шляпу набекрень. Чарли шествовал, заложив руки в карманы. Как только они миновали узкий двор, Плут внезапно остановился.
– Что случилось? – спросил Оливер.
– Тс… – зашептал Плут. – Видишь вон того старикашку у книжного ларька?
– Вижу, – отозвался Оливер.
– Годится, – заметил Плут, обращаясь к Чарли.
Оба мальчика незаметно перебежали через дорогу и подкрались сзади к старому джентльмену. Оливер наблюдал за ними с безмолвным удивлением.
Джентльмен в очках с золотой оправой имел вид весьма почтенный. На нём был бутылочного цвета фрак с чёрным бархатным воротником и светлые брюки. Стоя у книжного ларька, незнакомец был погружён в чтение.
Оливер увидел, как Плут засунул руку в карман пожилого джентльмена и вытащил оттуда носовой платок. Он передал трофей Чарли, и затем оба мальчика бросились бежать и свернули за угол.
В одно мгновение Оливеру открылась тайна носовых платков, и часов, и драгоценных вещей, и ремесла Феджина. Секунду он стоял неподвижно, а потом, растерянный и испуганный, кинулся прочь.