Снаружи донеслось цоканье копыт по каменистой дороге, и Боря бросился во двор. Владимир спускал на землю самого младшего из племянников. Остальные сгрудились вокруг него, не обращая внимания на своего отца, который молча слез с понурой наемной лошади и отдал поводья подоспевшему крестьянскому мальчишке.
— Отведи ее Ицеку, — хрипло произнес он и, не сказав больше ни слова, ушел в дом.
Володя вошел в гостиную. Двоих малышей он усадил на плечи, а трое остальных не отставали от него ни на шаг. Он был страшно бледен, под глазами залегли синие тени.
— Голубчик ты мой, родной ты мой! — бросилась к нему тетя Соня, как всегда готовая к чувствительной сцене. — Как тебя долго не было! А мы тут ужасно беспокоились! Привез ты его? Я всю ночь не смыкала глаз. Петя-то как?
— Минуточку, тетя Соня, — прервал ее сдавленным голосом Владимир. Он никак не мог отдышаться и присел к столу. У него начался один из тех ужасных приступов кашля, которые всегда так его изматывали.
Дети притихли, глядя на него широко раскрытыми, испуганными глазами. К счастью, вскоре пришла Оливия. Видя, в каком он состоянии, она, ни слова не говоря, напоила его прежде всего крепким чаем.
— Что у тебя с рукой? — спросил он, ставя чашку на стол.
Рука у Оливии была забинтована.
— Да ничего особенного. Порезала палец.
— А куда пошел Петр?
— Заперся в своей комнате. Посиди, отдохни немного.
Владимир встал и отстранил руку Оливии
— Я уже отдохнул. Выйдем со мной на минутку, я хочу тебе кое-что сказать.
Они вышли в прихожую.
— Петра нельзя оставлять одного. Он сегодня дважды пытался покончить с собой.
— После того как ты увез его из города?
— Первый раз в кабаке, где я его нашел, — там он пытался повеситься. А второй раз по дороге домой, — он обогнал меня и кинулся к озеру. Там, где обрыв, ты знаешь это место. Ночью я побуду с ним, а ты постарайся успокоить тетю.
— Ты, наверно, и прошлую ночь не спал?
— Я искал его до двух ночи. А когда нашел — он не хотел уезжать. Связался с какими-то тремя скотами из местного гарнизона, и те заключили пари со своими дамами, что выиграют у него медальон с миниатюрой его покойной жены.
— И выиграли?
— Да. Этот медальон — единственная вещь, которую он никогда не ставил на кон. Но я получил его обратно.
— Выкупил?
— Одного мерзавца я просто сшиб с ног, а двое других согласились отдать медальон. Потом я, конечно, заплатил им. А теперь, любимая, иди. Мне надо узнать, что он затевает.
Она поцеловала его и ушла Владимир постучался в комнату брата.
— Петр! Петр! Это я, отвори!
— Уходи, — послышался из комнаты невнятный, глухой голос, — уходи, оставь меня в покое.
Соседняя дверь неожиданно затряслась под градом сыпавшихся на нее ударов. Это запертый в своей комнате Ваня, до тех пор молчавший, вновь разбушевался, услышав рядом голоса.
— Она меня заперла! — вопил он, колотя в дверь изо всей мочи кулаками и ногами. — Слышишь? Эта английская ведьма заперла меня... меня... дворянина...
— Петр! — резко и повелительно крикнул Владимир. — Сейчас же выходи!
Дверь отворилась, и на пороге появился злополучный картежник. Он сбросил пальто, но не переоделся и не умылся. Трясущиеся руки его были в грязи, спутанные волосы взмокли от пота, костюм измят и растерзан. Мутные глаза с ужасом уставились на гневное лицо Владимира.
Оливия, услышав шум, поспешно вернулась. Ей тоже стало не по себе, когда она увидела выражение лица Владимира. Он смотрел на ее забинтованную руку.
— А теперь надо расправиться с другой скотиной, — сказал Владимир, распахивая дверь в комнату Вани. Разъяренный маньяк с диким воплем бросился на Оливию. Она спокойно отстранилась, а Владимир, схватив его за руку, швырнул назад в комнату.
— Ложись спать, — приказал он. — Неужели у тебя не осталось ни капли стыда? — Глаза его сверкали гневом.
С минуту Ваня, раскрыв рот, смотрел на брата, потом повалился на пол и громко зарыдал.
— Ложись спать, — строго повторил Владимир. Сраженный раскаянием, Ваня молча повиновался.
Владимир запер дверь и, держа в руке ключ, подошел к Петру. Тот, опустив глаза, молча стоял рядом.
— Ты видел, что он сделал с ее рукой? Картежник медленно поднял глаза и вновь опустил их. На лице его выступили красные пятна.
— Это натворил Иван, пока я рыскал по всей округе, разыскивая тебя. Ей пришлось защищать от этого мерзавца твоих детей.
Из комнаты, где был заперт пьяница, доносились безудержные стенания: