– Это не бунт. Я все решила. Если мне придется остаться здесь еще хоть на день, я не знаю что я сделаю… Давай просто уедем куда-нибудь? Подальше.
– Ага. И ты думаешь, Олдрин не заблокирует твои кредитки?
– К черту его кредитки. У меня есть деньги, чтобы мы могли начать все сначала. – Марго кинула спортивную сумку на стол рядом с Дейвом. Парень потянул за бегунок на молнии, открывая, чтобы проверить.
– Вау…
– Ага. Так что давай заедем к тебе за вещами и…
– Зачем тебе это? Подумаешь, старый козел донимает. Оставайся. На твои сбережения мы можем отлично отдохнуть. Пустить в дело. Я всегда хотел открыть свой бар. Это независимость, детка! А Олдрин и дальше будет тебя спонсировать в любых капризах…
Маргарет смотрела на своего парня и не понимала его реакции. Она столько раз объясняла ему, как с Уолшами тяжко, а он говорит ей, чтобы она осталась?!
– Дейв. Я правда больше не могу. И все равно уеду. С тобой. Или без тебя.
Видя, что парень нерешительно замер, не зная, что ответить, девушка потянула сумку на себя, чтобы уйти. К черту все. Дейв, может, сейчас и тормозит, но как очнется, то обязательно ее найдет, и они вместе продолжат свой путь. Можно уехать в любой колледж, снять себе небольшую квартирку. И устроить маленькую свадьбу, позвав только нескольких друзей. Марго улыбнулась. Олдрин небось и жениха ей уже спланировал, и торжество на шестьсот человек готов оплатить. Наверняка если открыть его календарь – можно будет обнаружить «счастливую дату», назначенную года через два-три. Потому что избиратели считают, что в брак лучше вступать после двадцати одного и до двадцати пяти лет. А Маргарет это надо? Лучше по-своему, в какой-нибудь богом забытой церквушке, с любимым человеком. Чтобы друзья нацепили на задний бампер их машины кучу консервных банок на веревках, а на стекло прикрепили картонку с надписью «Молодожены». Как это делали в старых фильмах.
– Да кому ты нужна? – Марго едва узнала голос Дейва. – Думаешь, без папочкиных денег ты кому-то интересна?
Сумка выпала из рук.
– Дейв? – Маргарет не находила слов.
– Дээйв-Дэйв… – передразнил ее парень. – Серьезно, Марго. Ты не представляешь, как бесишь со своими «глобальными» проблемками!
Дейв захлопнул дверь кабинета и откинул спортивную сумку в другой конец комнаты.
– «Послушайте, какое горе! Папочка заставляет меня учиться в лучшем колледже страны! Мы жрем золотыми вилками, а я так от этого устала!»
– Прекрати! – зло прошипела девушка.
– Хочешь правду, Уолш? Ты тупая избалованная курица, которая считает себя несчастной, сидя в золотой клетке. Ты вообще не представляешь, что такое жизнь. Когда живешь от зарплаты до зарплаты. Когда родители не могут дать тебе не то что образования, а денег на автобус.
– Зачем ты мне все это говоришь?
– Да затем, что я, наконец, могу послать твоего папашу куда подальше! Или ты думаешь, что действительно мне интересна? Со своими тупыми несбыточными мечтами? Оли мне последний год доплачивает, чтобы я вился вокруг тебя. Потому что я – лучший вариант, чем какой-нибудь обдолбанный нарк, которого ты могла притащить в дом, только бы позлить папочку. А мужикам из его круга общения тебя тупо стыдно показать!
На глазах девушки выступили слезы.
– Только если ты сбежишь – я ничего не выиграю.
– Сволочь! – крикнула Марго, вытирая предательскую влагу с лица. – Ты и так теперь ничего не выиграешь. Убирайся из моего дома!
– О, как мы заговорили. Твой дом! Конечно, тут все твое… Только знаешь, я, пожалуй, заберу эту сумку с собой….
Будильник безжалостно выдернул Оливию из сна. «И слава богу», – подумалаона, растирая лицо ладонями. Как же она ненавидела Рождество!
Сочельник девушка провела в одиночестве в офисе, раскладывая по папкам все необходимое для сегодняшнего вечера. Пока коллеги разбредались по своим домам, где каждого из них ждала семья, Оливия продолжала работать. Остальных ждали имбирная выпечка, подарки и праздничный ужин. Стоун же уныло доедала остатки своего овощного салата, редактировала программки и проверяла дизайн меню.
А сейчас, когда экран будильника сообщал, что уже пять утра, Оливии приходилось вылезать из постели и плестись в ванную. Через двадцать минут ее на улице ждет такси, чтобы отвести в Сити-Холл. И если к моменту ее прибытия поставщики мебели не окажутся на месте – сегодняшний день точно не обойдется без смертей. Конечно же, другого времени они выбрать не могли. У всей страны выходной, только «Миллер Прайд Инк.» выделывается, устраивая вечер для почти тысячи гостей. А кому еще это разгребать, как не руководителю пиар-службы? Словно Оливия единственная в компании, кто может выступать грузчиком в рождественское утро.