– Утро, – констатировала Оливия сухо. – На выход.
Командный тон, как обычно. Она просто хочет вернуть себе свою спокойную жизнь. Стоун попыталась выпрямиться, чтобы дальше пойти по пунктам своего графика, но у Миллера были свои соображения по этому поводу. Потянув девушку за руку, он подхватил свою сотрудницу, аккуратно перекидывая через себя на матрас. Еще до того, как она что-то успела сообразить, Итан придавил Оливию своим телом к кровати.
– Лежать! – коротко приказал он. Блондинка только глаза закатила. Стоять. Лежать. Словно собачку дрессирует.
– Ничего не хочешь мне объяснить? – Итан не казался злым, это не та дикая неадекватная ярость, которую она наблюдала вчера в клубе.
– Что я должна объяснять? – не глядя на него, уточнила Оливия.
– По поводу беременности.
– Какой беременности?
– Кончай играть со мной. Почему ты мне не сказала?
– А почему я должна была тебе говорить? – Таким образом можно было общаться целый день. У Оливии был черный пояс по ответам на вопросы вопросом.
– Потому что это мой ребенок!
– С чего ты взял? – Оливия пожала плечами, стараясь сохранить невозмутимость. – Потому что тебе это сказал мой друг-гей, который вчера успел неплохо накидаться, прежде чем вы начали махать кулаками?
– В отличие от тебя Стив мне еще не врал. Это мой ребенок.
– Этот ребенок не будет иметь к тебе никакого отношения, можешь не беспокоиться, – огрызнулась Оливия. – Мне от тебя ничего не нужно.
Оставаться спокойной, когда ты прижата к собственному матрасу горячим мужским телом, – не самая простая задача. Девушка осторожно пыталась вывернуться, но получила совершенно неожиданный эффект – она почувствовала, как в ее бедро упирается затвердевший член Миллера.
– Серьезно? – Оливия нахмурилась. – Это сейчас вообще неуместно.
– А ты перестань так извиваться подо мной! – зарычал Итан, недовольный собственной реакцией. Секс, как правильно заметила Стоун, сейчас вообще не то, чем им стоит заниматься. – Какой срок, Оливия?
– Семь недель.
– Значит, все-таки на Рождество… – задумчиво произнес мужчина. Желание отстраниться от этой женщины боролось с необходимостью оказаться еще ближе. Логика подсказывала, что разумнее держать дистанцию, подняться с кровати и поговорить в менее приватной обстановке. А истома внизу живота уговаривала, чтобы Итан задрал это короткое обтягивающее платье, стянул с девушки трусики, наверняка крохотные и развратные, и вошел в горячую влажную плоть своим напряженным членом.
Победило задетое самолюбие, и мужчина слез с Оливии.
– Ты хоть в чем-то не врала мне? Хоть раз?
Женщина пожала плечами.
– Чего ты хочешь? Ты напился, я была не в лучшей форме. Мы переспали, и ты не воспользовался презервативом. – Стоун запнулась, закусывая нижнюю губу. – Это все имеет какое-то значение… для тебя?
– Я… не знаю, – честно признался Итан. – Нельзя просто вывалить такое на человека и ожидать, что… Черт, я не знаю…
– Никто не собирался ничего на тебя вываливать. Я вообще не собиралась тебе говорить. Стиву нужно меньше трепать языком.
Оливия рывком поднялась с кровати. Сложив руки на груди, она закрылась от собеседника психологически.
– Но раз уж так сложилось… Как ты намерен поступить?
– Я… не знаю. Черт… Так не делается, Лив. И я понятия не имею, что я могу тебе сказать в этой ситуации.
– Что ж… В любом случае, свою позицию я тебе обрисовала. Так что, думаю, мы со всем закончили. А теперь – прошу на выход. Ключи от квартиры, – Оливия протянула руку, ожидая, чтобы Миллер вернул то, что ему не принадлежит. И каким образом он вообще их получил?!
– Не со всем. – Итан почесал затылок. Оливия посмотрела на бывшего любовника с удивлением. Что еще он затевает?
– Ты должна мне свидание.
Глава 21
Итан вытянулся в кресле, положив телефонную трубку на стол. Ухо после бесконечных переговоров неприятно горело. Но зато силы потрачены не впустую. Во всяком случае, хотелось в это верить. Свидание со Стоун будет уже в пятницу, и Миллер хотел убедиться, что все пройдет нормально.
Они дали друг другу время подумать обо всем. Хотя Итан быстро понял, что свое решение он уже принял. Оставалось дать Оливии успокоиться, а себе – подготовиться.