Итан стремился в эту женщину, проникал языком в ее рот, кусал ее губы. До хруста в челюсти, до онемения на кончиках пальцев. Он будет требовать от нее быть сильной. Какой она всегда была. Быть с ним, забыть все, что было раньше. Имеет на это полное право.
Оливия отпустила край раковины, ощущая, что ей становится легче. Паника отступала, впуская на свое место благодарность за тепло этого человека рядом с собой. И возбуждение. Как она умудрилась за столь короткое время стать настолько зависимой? Легкое касание – и Итан захватывает все ее мысли. Забирает все тревоги прочь. Если бы он только мог никогда не отходить от нее. Просто быть рядом двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. И никогда не отпускать…
Миллер приподнял Оливию, усаживая девушку на раковину. Стоун почувствовала, как мелкие капельки воды впитались в ткань платья, дотянулись до кожи. Итан опустился на колени и начал медленно задирать ее юбку вверх.
– Что ты… – Слова застряли в горле, когда он коснулся губами внутренней стороны бедра. – Итан!
То ли возмущение. То ли нетерпение.
– Как же я люблю, что ты носишь чулки. – Мужчина ласкал губами границу, где заканчивалось шелковое кружево чулок и начиналась ее нежная, загорелая кожа. С первого раза, когда Итан прикоснулся к этой женщине…. Она всегда носила чулки. Подушечки пальцев скользили по бедрам, мягко давили, заставляя девушку раздвинуть ноги шире.
– Мы не можем тут! – громкий шепот Оливии ни на секунду не заставил Итана остановиться.
– Можем! – Его зубы чуть прикусили кожу, заставляя девушку вздрогнуть.
– Нас услышат…
– В таком случае, – его губы касались Оливии, Итан подкрадывался к ее трусикам, – тебе придется быть очень… – горячее дыхание тронуло ее клитор, несмотря на преграду виде трусов, – очень… – губы сминают тонкую ткань ее белья, – очень тихой!
Итан осторожно куснул девушку.
Оливия выгнулась, едва успев поймать свой стон. Это какая-то пытка. Он ласкал ее через трусы, играючи обводя пальцами ее дырочку. Девушке оставалось только закусывать губу и впиваться руками в волосы своего мужчины. Итан оттянул ее трусики в сторону, медлительно проводя пальцами по розовым складочкам. Растирая ее влагу по нежным губкам.
Когда его горячий язык коснулся клитора Оливии, девушка стиснула бедра и шумно выдохнула.
– Тише, любимая, – посоветовал Итан, не отрывая губ от ее пульсирующего узелка. – Нам нельзя шуметь.
Зараза… Оливия выгнулась навстречу его томительным ласкам. Что он с ней делает? И требует при этом не издавать ни звука. Пока ее тело послушно таяло под умелыми движениями языка, Оливия представила, как сама встанет на колени перед Итаном. Зубами расстегнет ширинку его брюк, обнажит его каменный стояк. И начнет так же томно посасывать его головку, облизывать толстый ствол, вбирать этот шикарный член ртом, если потребуется – на всю длину. Не только ради их общего удовольствия, но и для того, чтобы посмотреть, как Итан попробует «быть тише».
– Пожалуйста, – прошептала Оливия, еще больше заводясь от своих пошлых фантазий. Низ живота налился свинцом, ей до неприличия хотелось почувствовать Итана в себе.
– Девочка моя, – выдохнул мужчина, с готовностью погружая в девушку свои пальцы. Влажная и горячая, она ждала его.
– Итан… прошу…
– Просишь? – Он еще раз сильно провел языком по клитору, продолжая двигаться внутри Оливии. Она вновь несдержанно застонала. – Не шуми, любовь моя.
Лив впилась руками в раковину, с огромным трудом заставив себя остановить следующий стон. И требование, чтобы Итан вошел в нее. По-настоящему. Приспустив с себя джинсы, достав своей великолепный член…
– Итан, – прошипела Стоун, чувствуя, что готова взорваться.
– Сделай это, – продолжал горячо шептать мужчина, терзая губами Оливию. – Кончи. Для меня.
Его пальцы задвигались быстрее, уверенно подводя девушку к оргазму. Итан чувствовал, как она близка. Как ее тело вздрагивает от каждого его касания. Мужчина потянулся свободной рукой вверх, накрыл ладонью губы девушки, не девая закричать.
Оливия впилась зубами в его руку. Она напряженно выгнулась. Удовольствие накрывало волнами по нарастающей. От живота до самого сердца, взрывая ее мир. Ее чувства. Девушке показалось, что ее озарило яркой вспышкой. И даже ладонь Итана на ее губах не смогла сдержать глухого стона наслаждения.