— Остынь. И передавай привет рыбам! - улыбнулась я и дала деру. А то охранники уже заполошились и бежали сюда.
— Олли, дряная ты девчонка, стой!
Ага сейчас, только шнурки подвяжу. Кстати, о шнурках, ботинки так и остались у камней, а я как была босая так и помчалась по каменным ступеням, перепрыгивая их через три. Будь за спиной Грегор, я бы ни за что не решилась на это, но раз мой враг, временно мной ликвидирован, почему бы и нет? А пока его люди добегут до него, я уже буду очень далеко.
Ветер больно бил в лицо, воздуха катастрофически не хватало, а мышцы горели от напряжения. Мелкие камешки больно впивались в ступни, до крови царапая их. Но все это было неважно! Азарт, дух свободы кружил голову лучше всякого вина, и я чувствовала себя по-настоящему живой. Я минуты за три пролетела долгий подъем в гору. Лишь раз оглянулась — двое помогали министру, а двое других, огромными серыми тенями мчались за мной. Нас не догонят, нас не догонят...
Я метеоритом влетела в отель и под ошарашенными взглядами постояльцев помчалась к выходу. Запрыгну в первое же такси, и они меня никогда не поймают!
И еле успела затормозить, увидев еще двух громил, загородивших входные двери и неспешно направляющихся в мою сторону. Позади, с грохотом слонов забежали остальные. Я вертела головой, пока меня со всех сторон брали в ловушку. Да что за невезение!
И впереди и позади враги, значит... налево! Я резко повернулась, и устремилась в темнеющий коридор отеля. Но тут мою грудь обхватила чужая сильная рука и дернула назад, заставив задохнуться от боли. А шею обжег странный холод. Перед глазами все поплыло, и последнее что я увидел, оказался серебристый Зэт-три всего в десятке шагов от меня.
— Помоги мне... — прохрипела я роботу. И отключилась.
Глава 1
Несколько ранее.
— Оливия Белл! Что бы я, этой чуши больше за столом не слышал! — недовольно проворчал мой отец. — Виданное ли дело, чтобы единственная дочь барона пошла учится на пилота в Академию, где девяносто девять процентов мужчин! Это же такой позор, такой позор! Ты совсем о нас с матерью не думаешь, дочь?
И пухлый, дрожащий от негодования, палец моего любимого папочки почти уткнулся мне в лицо. Я скосила на него глаз и немного отодвинулась. Вздохнула. И промолчала. Когда он в таком настроение, с ним бесполезно спорить.
Меня зовут Оливия. И мне уже двадцать семь лет. Вроде, только начало взрослой жизни, ведь сейчас, в двадцать третьем веке, люди спокойно доживают до ста тридцати лет. Но не для моего отца, который думает, что я уже немыслимо долго засиделась в "девках". И это в нашем прогрессивном времени, когда почти нет неизлечимых болезней, бедности и у Земли уже пятнадцать колоний на других планетах.
Этому есть объяснение — больше ста лет назад на Земле случилась страшная эпидемия, от которой пострадали все, но в основном женщины, они больше болели и умирали и за двадцать лет перекос в сторону мужского пола стал пять к одной. Тут то и всполошились правительства, тогда ещё не обьеденные в одну огромную Империю. И не нашли ничего лучшего, чем снова ограничить права женщин, совсем как в Средневековье.
Каждая девушка, достигшая совершеннолетия должна была первым делом выйти замуж и родить не менее трёх детей. И только после этого она могла пойти учится, работать, если муж и выводок детей на руках, ей это позволял. Конечно, таких было мало. И как пряник, за каждого рождённого ребенка, особенно за девочек, давалось небольшое состояние, так что многодетные семьи стали самыми почитаемыми в обществе.
Прошло много времени, перекос почти выправился и строгие законы стали смягчаться. Но только не в знатных семьях. Обладающие титулом должны были, как и раньше рожать как можно больше детей и выдавать дочерей замуж, как можно скорее. Этот пережиток прошлого жутко меня бесил, как и сами власть имущие.
После того, как Первый Император Стерр Редволл, где мирными соглашениями, где и не совсем мирными объеденил все страны в одну огромную Империю Земли, приближенным к трону снова начали давать титулы, а кое-кто и сам отыскал знатных предков в сохранившихся архивах.
Ну и бардак тогда случился. Новоиспечённые графы, герцоги и прочие высоко святейшества, благородия и так далее насмерть сцепились с уже ныне живущими потомками "голубых кровей", доказывая друг другу кто благороднее. И даже сейчас эти два лагеря терпеть не могут друг друга.
Мой отец, барон Матиас Белл, как раз из "древних". Он очень гордится своей длинной родословной и тем, что его отец, дед, прадед и так почти шестьсот лет, были баронами. И терпеть не может "выскочек", всего лишь сто лет назад обредших титул. И дружит он тоже с такими же, поборниками традиций, как и сам.