— Мьячо прав. Самое разумное хотя бы обозначить блокаду Торговой Гавани и послать гонцов к Императору. Посмотрим как он отреагирует на такое самоуправство.
— Ты серьёзно? Ты понимаешь, что его наёмники уже скорей всего заняли проходы в Оленьем лесу или скоро займут? Мы остались без всего, мы заперты на четверти территории Оловянного Острова. Все зерновые поля и рудники у него, все наши склады у него. Завтра он осуществит все торговые сделки и наймёт всех наёмников, которые только есть, после чего скинет нас в море.
— Император не допустит. Только он может нас спасти. Надо посылать гонцов. Мы нужны Императору. Это самое разумное решение.
Мьячо Скайдзо почёсывал подбородок.
— Ты преувеличиваешь Бьепо, его наёмники никак не могли успеть занять проходы в Оленьем лесу. Но ты прав. Надо собирать армию и попытаться успеть занять проходы самим, по крайней мере будет чем торговаться. Пусть Иацо берёт всех, кто есть под рукой и быстро скачет занимать проходы. У противника там если и есть какие-то силы, то только небольшие конные разъезды. Ну а мы обозначим блокаду Торговой Гавани и пошлём гонцов к Императору. Мы хотя бы проясним ситуацию.
В Марворсе, столице Империи, сегодня был Праздник Великой Богини Плодородия. По этому случаю были организованы по всему городу театральные представления, циркачи и карнавал. Но самое главное событие должно было как всегда произойти на ипподроме, танцы жриц и забеги колесниц. Трибуны были забиты до отказа, не смотря на достаточно не дешёвый вход. Множество иноземцев специально приезжали на этот праздник в столицу, тратили огромную кучу денег и цены временно взлетали, но горожане хорошо зарабатывали. Императорская трибуна уже была занята самим Императором, его сыновьями и их жёнами и Верховной Жрицей. Ей было уже под пятьдесят, но её красота оставалась неизменной, это хорошо подчёркивала очень короткая туника, даже не прикрывавшая восхитительный зад. Сейчас же, когда Верховная Жрица возлежала на ложе, туника задралась и она была голой по пояс снизу и всем хорошо был виден её цветок плодородия, волосы вокруг которого были тщательно выбриты. Младший сын Императора, несмотря на присутствие жён, то и дело бросал взгляды украдкой на восхитительные лепестки этого прекрасного цветка и не он один.
Но вот затрубили фанфары и на арене появились жрицы. Они были лишь в крошечных набедренных повязках, их прекрасные, точёные тела блестели маслом. Заиграла музыка оркестра, жрицы начали свой танец. Тем, кто видел это впервые, сразу становилось понятно, почему сюда съехалось пол мира, танцы могут быть разными, но это было завораживающее волшебство, дуновение ветра, морские волны, шум листвы, невероятная синхронность движений, скорость. Даже назвать это просто красотой было невозможно, это было совершенно нечеловеческое, запредельное Искусство, люди на трибунах одновременно смеялись и плакали, а кто-то застывал как статуя, даже семья Императора смотрела на всё это замерев. И лишь губы Верховной Жрицы тронула лёгкая улыбка, даже Императору было понятно кто обладает здесь настоящей Властью. Только из самых способных служанок Дома Удовольствий выбирали жриц, не моложе двадцати пяти лет, только тех, кто сможет достичь вершин мастерства. Только ради них мужчины несли огромные подношения серебром и золотом, чтобы провести ночь со жрицей и для кого-то это было главным событием в жизни. Танец закончился, жрицы ушли, а трибуны ещё были погружены в молчание. Лишь через некоторое время люди начали оборачиваться и понемногу, шёпотом, разговаривать друг с другом. Ложе Верховной Жрицы так же опустело. Понемногу гомон толпы становился всё громче и громче и Император махнул рукой. Заиграли фанфары. Пришло время гонок на колесницах. Ставки принимали только чиновники Господина Главного Казначея, эти сказочные доходы были прерогативой Императора. Две главные команды — "Соколы" и "Львы" принадлежали сыновьям Императора, ещё две команды, через верных людей, принадлежали самому Императору. И вот гонки начались. Кричали все, но никто не слышал ни своих ни чужих криков. Сейчас здесь правил азарт. Господин Старший Советник тихонько подошёл к Императору и что-то прошептал ему на ухо, тот поморщился, но поднялся с ложа и они вместе ушли.
— Так ты Сегер, говоришь что мальчуган проявил невиданную прыть и занял оба наиглавнейших порта?
— Да. И скоро займёт три четверти Оловянного острова.
— Мы что-то просмотрели и не учли?
— И просмотрели и не учли. Ваш сын хорошо подготовился, действовал крайне дерзко и даже нагло. Это явно не импровизация, это хорошо продуманный и подготовленный план.