- Прекрасно… - вспоминая о том, что за мной в нескольких метрах сидела Оля, которая иногда выглядывала и смотрела на нас.
Этим словом я убил всё желание Сони идти на разговор. Я ей признался тем самым: «У меня хорошо, и мне очень жаль тебя, что ты такая несчастная, что ты не имеешь такого же парня, как я». Девочка в тот момент замолчала и продолжила смотреть в окно и на дальнейшие мои слова не отвечала. Я вернулся в класс.
- Ну как? – поинтересовалась Оля.
- Плохо. Зря задал вопрос про «дела».
- Ничего, бывает… Я уверена, она ещё с тобой успеет пообщаться. Ты уже сделал первый шаг, он не пройдёт бесследно, - уверила меня столько не в поражении, сколько в положительном результате пройденной встречи.
Она была права – через неделю на моём столе появилась записка. В ней было написано небрежным почерком: «Жду после уроков на заднем дворе».
- Свидание! – посмеялась девочка, удостоверившись, что Сони нет в классе.
- Интересно… посмотрим, что она предложит мне.
Оля ушла домой, я же остался один на один с Соней. Заметив её в утопающей разноцветной листве, я сначала подумал, что это не какая-то восьмиклассница, а настоящая королева осени, управляющая листопадом и всеми ветрами, а, главное, красотой. Удивительно, как она смогла очаровать меня, но я тут же поддался этому влиянию.
- Привет… - поднялась из листовой кучи Соня, придумывая вместо «как дела» что-нибудь другое, - Тебе нравится осень?
Я ответил положительно, и мы молча двинулись туда, куда глаза глядят. Сначала разговор был пропитан неуверенностью, робостью, холодностью. Весь наш пыл присутствовал где-то внутри, и чтобы выйти ему, нужно поддержать диалог.
Попробовать решил я, поделившись своими эмоциями касательно школы, ведь Соня здесь учится с первого класса, а мы с Олей перешли только недавно. И тут закрутилось-завертелось. Мы и не заметили, как дошли до какой-то железной дороги, за которой вдалеке блестел горнолыжный склон.
- Красивые очки, - сказала она.
В них Соня мне казалась маленькой, беззащитной и глупенькой девочкой, которую только я мог наставить на путь истинный.
- Ты кем хочешь стать? – продолжила Соня, спрятав свои руки.
- Гонщиком или автомехаником, - ответил я, глядя в пасмурное небо.
- Забавно… а я воспитательницей. Дети нравятся.
- Ты ж сама ещё ребёнок!
- Знаешь, - заметила девочка, - Ребёнок – это тот человек, у которого ещё всё впереди, но он может не беспокоиться об этом «впереди», ведь он знает, что до этого ещё далеко. В этом и особенность детей – за это я их люблю, потому что хочу вернутся в то самое время, когда не задумывалась о чём-то важном и летала в облаках.
Мне понравились философские размышления Сони. Ближе к вечеру, так и не дойдя до склона, мы повернули обратно, и я проводил её до дома. Жила девочка в общаге, чему я, честно, удивился, поскольку ни разу не видел их изнутри. У нас на Западном не то, чтобы общаги вообще были, а тут, на посёлке, существовали в большом количестве.
Мы подошли к одному большому общему подъезду. На одном из этажей играла громко музыка.
- Почему ты здесь живёшь? – спросил я.
- Денег мало.
До этого момента думал, что именно моя семья самая бедная, что мы размещаемся в небольшой квартирке, где любят отключать электричество и горячую воду. Тут же всё ещё хуже… Но интерес только возрос. Как живут эти люди?
- Хочешь зайти ко мне? – поинтересовалась она, поняв по моим глазам желание погостить.
- Был бы не против, но только ненадолго.
Мы зашли в обшарпанные коридоры. Откуда-то донёсся крик какого-то пьяного мужика, который скоро показался на другом конце коридора. Он шёл к нам, его глаза были звериными, и, казалось, сейчас нас убьёт. Но человек просто прошёл мимо, немного толкнув нас.
Жила Соня на третьем этаже. Её семья имела две комнаты – одна принадлежала ей, другая являлась и кухней, и гостиной, и спальней родителей. Кроме того, у неё была сестрёнка Надя, жившая в той же комнате, что и она. Нам выпал удачный момент, когда у неё в двух комнатах, размещённых как квартиры друг напротив друга, никого не было, и я мог осмотреть все условия проживания Сони.