Зашли мы сначала в основную комнату. Рядом с дверью стояла какая-то большая полка со множеством полотенец, одеял и игрушек. В самой комнате, размеры которой не превосходили 10 м2, стоял раскладываемый диван, как у Оли, напротив стол с мини-плитой, чайником, различными заварками и иными кухонными принадлежностями, рядом с ним небольшой холодильник ещё советских времён. Остальное пространство занимал шкаф, тумбочка с коробочным телевизором и не распакованные вещи в коробках. Удивительно, как удалось в эти квадратные метры уместить столько вещей.
- Минималистично, - единственное, что я мог сказать в тот момент.
- Да, но мы здесь не будем сидеть… мне тут некомфортно, - ответила Соня, которая произнесла слова с таким тоном, будто перед её глазами пролетела половина жизни, причём не очень хорошая.
Мы вышли из комнаты и зашли в противоположную. Если в прошлой окна выглядели разнузданными и заклеенными по нескольку раз, и табачным дымом всё пропахло, то здесь было гораздо… спокойнее? Белые новые окна, приятный запах лаванды, которым отдавало иногда от Сони – рай, по сравнению с прошлым местом. Со стороны окошка стояло две кровати с качающимися матрацами, рядом с ними простенькие тумбочки. На жёлтых обоях были развешены различные постеры, подобные Олиным. В углу стоял столик с такой же мини-плитой, заваркой и помытыми тарелками и ложками. Несколько шкафов, мягкий коврик, жёлтая токсичная лампочка и ещё больше коробок с вещами – этим и заканчивалась комната.
Соня усадила меня на своей качающейся кровати. Я рассматривал всю обстановку и вслушивался в течение воды по трубам.
- М-да, - пробормотал я.
- Мне нравится, - ответила Соня, - Жили бы в одной комнате – было бы гораздо больше мороки. Тут нам очень повезло, мы выше других общажников, и я рада этому.
«Выше других» … Разве есть ещё ниже?
- Хочешь чаю? – спросила она, бросив рюкзак на кровать и повернувшись ко столику. Её покрашенные волосы как-то забавно смотрелись на фоне сырых стен и влажного ковра.
- Чёрный, - ответил я, смотря на её голову, так напоминающую Олину. Интересно, как она там?
Мы ещё немного поразговаривали, попили чай с сухарями и, когда пришла её маленькая сестра с тренировки, разошлись. Она выпроводила из коридорных лабиринтов и, пожелав удачной дороги домой, скрылась. Увидев её жизнь, я понял, откуда у неё исходит такое поведение. Возможно, эта давящая обстановка и жёлтые стены сделали жизнь по-настоящему серой, её детский разум был выгнан в какие-то рамки, из которых она пытается вернуться обратно. В некоторой мере я был рад за неё и хотел бы стремиться к чему-нибудь. Но, пока со мной была рядом Оля, мне этого не требовалось.
Дойдя до дома, я ей тут же набрал. Отвечала долго.
- Привет! У меня всё прошло хорошо, проводил её до дома. Точнее, до общаги… кхм… - ожидал услышать от неё какой-то ответ, но его не было, - Как жизнь?
- В целом, хорошо, - довольно уныло произнесла Оля.
Такого тона общения я не слышал давно. Раньше она была весёлой, задиристой, впечатлительной. Сейчас что-то застряло у неё в душе.
- Нет, правда, всё хорошо, ты не думай так… не выспалась, - ощущая моё недопонимание, сказала она.
- Сегодня в школе ты была такой же, как обычно… Что случилось? – разволновался я.
- Лёш, всё нормально, не беспокойся, - ответила нервно она.
- Ты ревнуешь? – сказал то, что первое попалось в голову.
- О, господи, Лёш, нет! – тут же начала отвёртываться девочка, - Почему ты так думаешь? Я же всё предложила, это моя затея, как я могу ревновать.
- Правда всё хорошо? – спросил я ещё раз.
- Да, правда, правда! – казалось, чуть ли не в слезах говорила Оля.
Девочка после этого успокоилась и стала более весёлой. Мне тоже стало легче, но вовсе не спокойно. У неё явно что-то случилось, и моей целью на ближайшее время стало выяснить причину этого.
XVIII
С началом осени гулять и ходить друг к другу в гости мы с Олей стали гораздо реже. Мешала учёба, а также постоянное присутствие взрослых дома (всё-таки видеться нам было комфортнее одним). Летнее счастье развеивалось. Разговаривать и обниматься хотелось чаще, и даже школа не позволяла всего этого делать в условиях давящей обстановки одноклассников. Да ещё и этот Кирилл, который каждый урок смотрел на Олю как на мясо… Тот человек, который, кто во мне видел какую-то ценность, поддерживал мои таланты и доброту, всё дальше отделялся от меня… Но теперь мне было легче пережить отхождение за счёт улучшения отношений с Соней. Она мне частично заменила Олю.