— Дождись меня, если придешь на место раньше, ладно?
— Дождусь, — пообещал Брэнног.
— А я подожду тебя, если понадобится, — заверил его Гайл.
Через несколько минут Брэнног и Земляные Люди исчезли, точно сквозь землю провалились. Солдаты в лагере только и говорили, что об их таинственном уходе.
— Да уж, на этом континенте всякого странного народа хоть отбавляй. Будет что порассказать, когда вернемся домой, — ухмылялся Элберон. Немало сил и времени потребовалось прошлой ночью Гайлу, чтобы убедить твердолобого вояку двинуть армию на помощь Корбилиану.
— Руан готов в путь?
И снова Элберон расхохотался:
— Готов! Коленки только дрожат. Говорит, что посылать его прямо в логово Странгарта — плохая благодарность за твое спасение от Избавителей.
Тут и сам Гайл не удержался от смеха:
— Он малый что надо. Да и Иласса, думаю, нас не выдаст. Хотя переговоры со Странгартом могут оказаться нелегкими. Некоторые из его людей погибли в стычке с нашими.
— Думаешь, его все-таки можно убедить помочь нам?
— Прежде всего, не нам, а Корбилиану. Видишь, все каждый раз упирается в Корбилиана.
Иласса уже осмотрел лошадь, которую ему дали, и сказал Руану, что она его вполне устраивает. Гайлу показалось, что эти двое, похоже, испытывают определенное уважение друг к другу. Но Элберон успел нашептать своему офицеру, что Земляные Люди исцелил Илассу с помощью магии, и Руан нет-нет да и бросал опасливый взгляд на будущего попутчика.
Гайл решил поговорить с Руаном, прежде чем тот тронется в путь.
— Я не отправлял бы тебя с ним, Руан, если бы не был уверен, что он союзник. Ты — наш посол у Странгарта. Постарайся привести с собой как можно больше его людей.
— Сделаю все, что смогу.
— Встречаемся у Неприступной Башни.
Затем Гайл подошел к Илассе пожать ему на прощание руку.
— Скоро начнется борьба, — сказал он. — Странгарт не сможет остаться в стороне. Он должен понимать, что со дня на день Дети Горы переправят свои силы через реку Быструю на его землю. Лучше прийти с войной к ним, чем дожидаться, пока они придут сами.
— Если когда-нибудь решимость моя ослабеет, — отвечал тот, — мне достаточно будет вспомнить, какая участь постигла Тарока. Странгарт был о нем высокого мнения.
— Так ты знаешь?
— Игромм рассказал.
Гайл кивнул:
— Я запомню твои слова. До свидания.
Руан и Иласса вскочили на коней и через несколько мгновений скрылись в лесу, оставив по себе лишь облачко пыли да стихавший вдали стук копыт. Гайл хлопнул Элберона по плечу:
— Восток ждет нас, Моррик! А где же твое хорошее настроение?
— Восток! И это вместо того, чтобы во весь опор скакать к поджидающим нас кораблям, ставить паруса да плыть на запад, — ворчливо откликнулся тот, вглядываясь в ту часть горизонта, которая приковывала в последнее время всеобщее внимание.
— Когда наступит время возвращаться домой, друг, мы отрастим такой кулак, перед которым ничто не устоит. Глядишь, ты еще снова станешь Верховным Главнокомандующим Двадцати Армий! Почему бы и нет? Я употреблю все свое влияние на Оттемара Римуна, чтобы добиться для тебя этой должности!
Элберон усмехнулся и решительно опустил забрало своего шлема.
— Если Оттемар назначит меня на столь высокую должность, то я еще, чего доброго, возмечтаю о престоле. В самом деле, почему бы и не основать новую династию императоров-воинов?
Так, обмениваясь шутками и смеясь, словно дети, выступили они впереди войска.
Вскоре после того, как стражники, охранявшие вход в Башню, сообщили о приближении готовой к осаде армии, одинокий всадник выехал из ворот крепости и направился туда, где Джемута и его люди ожидали дальнейших распоряжений своего начальника. Джемута не узнал всадника, равно как не мог и догадаться, что он принадлежит к отряду избранных воинов Варгалоу. К огорчению Джемуты, посланный подъехал не к нему, а к капитану стражи, и стал с ним шептаться.
— Ты верен Варгалоу? — свистящим, как кинжал в ночи, шепотом спросил он капитана.
Капитан понял, что от его ответа зависит все: успех, продвижение по службе, сама жизнь, наконец. Он догадался, что в башне произошел мятеж под предводительством Варгалоу.
— Верен, — решился он в конце концов.
— Ему — прежде всего?
— Да.
Слово упало, как игральная кость. Ставкой была жизнь.
— Хорошо. Джемута говорил с тобой о пленнике по имени Корбилиан, которого он привел сюда вчера?