Сайсифер подошла к поверженному Гайлу. Навалившиеся на него человечки ждали, готовые нанести смертельный удар по первому ее слову. Девушка устремила напряженный взгляд на Элберона.
— Ну? — бросила она нетерпеливо. Слово упало глухо и веско, как вонзившийся в самый центр мишени нож.
Суровый воин не двигался. В глазах его застыл холод.
— Отпустите его, — скомандовала Сайсифер человечкам. Те немедленно повиновались. Гайл с видом оскорбленного достоинства поднялся на ноги и направился было к девушке, но одного взгляда на ее лицо оказалось достаточно, чтобы он изменил решение.
— Оставь себе свое королевство. Мне от тебя ничего не надо. — С этими словами она повернулась к нему спиной и замерла над телом Вольгрена. Земляные Люди уже окружили его.
Гайл подошел к Элберону. Тот упорно глядел мимо него, словно искал что-то среди деревьев. Так как военачальник и виду не подал, что заметил его, то незадачливому наследнику пришлось пройти мимо и начать в одиночестве карабкаться вверх по невысокому, но крутому откосу.
Минуту спустя к Элберону подошел Корбилиан.
— Дурное место, — сказал он.
— Ты видел? — переспросил Элберон горько.
— Самый конец. Это не Гайл говорил. Но Элберон только покачал головой:
— Это ничего не меняет. Я знал, что боец он никудышный, но считал его талантливым администратором, способным привести в порядок дела Империи, которые окончательно запутались за годы правления его двоюродного брата. Но теперь…
— Владеющее этим местом зло отыскало лазейку в душу каждого из нас и теперь набухает там, как гной в ране. И если мы поддадимся ему, оно натравит нас всех друг на друга.
— Значит, надо как можно быстрее с ним покончить, — проворчал военачальник, поворачиваясь к нему спиной.
Корбилиан выругался про себя. Переживания Элберона прямо на лице у него написаны. Стоит солдатам заметить в нем перемену, и боевой дух армии поминай как звали. Он подошел к заплаканной Сайсифер.
— Мертв? — задал он бесполезный вопрос. Она кивнула:
— Его уже не спасти. Да здесь это и невозможно.
— У меня тоже дурные новости. Она подняла голову, но его измученное лицо удержало ее от слов.
— Иласса, — выдохнул он.
— Что же делать? Мы ведь не можем похоронить их в этой земле.
Корбилиан отрицательно покачал головой, вспомнив Тарока:
— Костер. Только огонь может очистить их тела.
Он оставил девушку предаваться печали и вернулся на дорогу, где, неподвижные как менгиры, его встретили Брэнног и Варгалоу.
— Несчастный случай, — сообщил он им. — Мальчик погиб. Но Гайл ни в чем не виноват.
Брэнног застонал так, словно клинок вонзился в его собственную плоть:
— Нет, только не он, только не мальчик! — и тут же побежал вниз, к дочери. Варгалоу проводил его взглядом.
— Нельзя здесь оставаться, — сказал он Корбилиану. — Все равно никто не сможет уснуть. Здесь дышать нечем от разлитого в воздухе зла. Боюсь, как бы до кровопролития не дошло.
— Ты прав, — согласился Корбилиан. — Надо немедленно начинать подъем. Однако сначала придется предать огню тела умерших.
— Я пока людей подготовлю.
Брэнног нежно прижал дочь к своей груди, чувствуя, как бремя разделенного горя понемногу становится легче.
— Ты любила его? — спросил он тихо.
— Он не был моим возлюбленным, но я знала, что он жаждет моей любви. Он был еще так молод, и все же ты сам говорил, что он уже не мальчик.
— Это был несчастный случай?
— Они подрались. У Вольгрена был нож, это правда. И он уже угрожал Гайлу прежде.
«Я хотел отобрать у него нож, — зазвучал вдруг в ее сознании голос Киррикри. — Я боялся, что он вот-вот пустит его в дело. Странная ярость владела им в тот момент. Если бы я не вмешался, ничего этого не случилось бы».
«Ты ни в чем не виноват!» — горячо запротестовала девушка.
Она повторила слова птицы отцу, и тот кивнул:
— Гайл вынужден был защищаться.
— Но Вольгрен выронил нож, — возразила Сайсифер.
— Вряд ли Гайл заметил это в такой темноте. Не вини его понапрасну.
— Ему вообще не следовало сюда приходить! Какое право имеет он требовать от меня ответов на вопросы, когда я и сама их не знаю!
— Он был не прав, я согласен. Но у нас впереди еще долгий путь. Смерть мальчика пристыдила Гайла, и надо на этом остановиться. Обитающим в этих местах злым силам только на руку, если мы все передеремся друг с другом. Потом будем решать свои споры.