— Одинокий корабль, говоришь? Феннобар частенько посылает суда-разведчики в дальние воды. Однако я не могу поверить, чтобы пираты отважились напасть на военную галеру Империи! Похоже, они совершенно обнаглели.
— Да, они становятся смелее и смелее, — отвечал Кромалех. Замешательство Отрика не укрылось от него, и он понял, что первый корабль благополучно добрался до своих и теперь направляется домой. Это его обрадовало. — Они знали, что никаких ценностей у нас на борту нет, но им нужен был сам корабль. Мой корабль! И они получили бы его, не подоспей нам на выручку другое судно, из Элберона. Вместе мы прогнали пиратов.
— Но твой корабль…
— Вернулся в Элберон, — вставил Варгалоу, опасаясь, что Кромалех может не найтись с ответом. — Он был не в том состоянии, чтобы пускаться в открытое море. В нашем порту его оснастят заново и вернут хозяину.
Отрик кивнул. Он понял, что человек в странном плаще может оказаться очень опасным противником. Да и Кромалеха так просто не проведешь, Феннобар предупреждал его об этом. Труднее было бы обмануть, пожалуй, только самого Эвкора Эпту.
— Может быть, вы предпочитаете остаться на моем корабле? — осведомился он самым дружелюбным тоном, на какой был способен.
— В этом нет необходимости, — отклонил его предложение Кромалех. — Мы с послом вернемся на его корабль, но было бы неплохо, если бы ты дал нам сопровождение.
— Разумеется, — согласился Отрик и вышел из каюты, объяснив, что хочет немедленно отдать необходимые распоряжения.
Глава 8
ГОНДОБАР
Корабль Гондобара был начисто лишен любых излишеств и украшений. Голые, надраенные до зеркального блеска палубы придавали ему вид голодный и хищный, какой и приличествует судну, бороздящему моря в поисках опасных приключений. Как только Гайл и Сайсифер ступили на борт, их окружили злорадно ухмылявшиеся пираты, чьи лица потемнели от солнца и морского ветра. Привычные к неожиданностям, они и сейчас, когда удача была на их стороне, не расставались с оружием, по первому слову капитана готовые кинуться на врага, словно спущенные с поводка гончие. Их было так много, что, вступи корабль Варгалоу с ними в схватку, они затопили бы его палубы и добились победы одним только численным перевесом. «Кромалех не ошибался, когда говорил, что они все равно возьмут то, чего добиваются», — подумал Гайл. Без сомнения, морские разбойники были опасными врагами: об этом говорили их ухмылки, больше похожие на оскал окруживших добычу волков.
Ранновик повел пленников в помещение под палубой, подальше от жадных глаз своих товарищей. Сам он беззастенчиво обшаривал взглядом Сайсифер, которая не без оснований подозревала, что была единственной особой женского пола на этом судне. Сопровождая их, Ранновик все время громко насвистывал, но не сказал ни слова. Когда они достигли отведенной им каюты, пират распахнул перед ними дверь и пропустил их вперед, изогнувшись в церемонном поклоне, в котором издевки было заметно больше, нежели уважения. Ранновик прекрасно знал, кто такой Гайл, но что ему и его капитану было за дело до чинов и званий Империи?
— Гондобар скоро пришлет за вами, — сказал он. — Он любит говорить о делах за едой. Есть хотите?
— Рановато еще, — ответил Гайл. Ранновик оскалился.
— Ну, это для вас, а мы-то уж давно на ногах, еще с ночи. Я вернусь через несколько минут, а сейчас наш корабль берет курс прямо на Теру Манга. — С этими словами дверь за ним затворилась, послышался скрежет ключа, поворачиваемого в замке, удаляющиеся шаги, и все стихло.
Сайсифер спокойно села и посмотрела на своего спутника. Тот сосредоточенно, но без тени страха, что-то обдумывал. Ей вспомнилось, как раньше он прикрывал панический ужас шутками, на ее взгляд, не самыми удачными. Он всегда был слабейшим из всех, а под стенами Ксаниддума, когда тьма грозила поглотить их без остатка, он единственный не выдержал и пал духом. Как ни странно, но теперь девушке казалось, что тот случай поможет Гайлу с честью выдержать испытания, которые готовит ему судьба.
— Полагаю, — начала она, — мы в опасности, что бы ни говорилось на корабле Варгалоу. Он задумчиво кивнул.
— Возможно. Пираты загадали нам трудную загадку.
— Расскажи мне о них. — «Может, это его успокоит», — подумала она, хотя и знала, что никакой необходимости в этом не было.