Во время подъема все молчали: склон был крут, люди берегли дыхание и силы. В разгар утра Вольгрен благополучно довел их до середины горы по тропам, которых они сами ни за что бы не нашли. Путешественники решили устроить короткий привал и обнаружили, что вся береговая линия закрыта облаками. За выступом скалы скрывался Зундхевн. Вольгрен нашел несколько камней, которые, по его мнению, держались достаточно крепко, и знаком показал остальным, что можно садиться. Роль проводника явно пришлась ему по вкусу.
— Если до нас доберется шторм, — серьезно начал он, адресуясь к Корбилиану, — или повалит сильный снег, то, боюсь, нам не дойти до перевала Горных Сов.
Ко всеобщему удивлению, Корбилиан, казалось, совершенно не разделял беспокойства мальчика.
— Не надо бояться непогоды, — заявил он, усаживаясь. Ничего не объясняя, он уставился на облако внизу.
Сайсифер, сидевшая рядом с Гайлом, не чувствовала такой уверенности.
— Он что, может предсказывать шторма или управлять ими?
Тот усмехнулся в ответ:
— Загляни вперед — узнаешь.
Он явно дразнил ее, и она отвернулась, не зная, как реагировать. В конце концов она решила честно признаться:
— Я вижу далеко не все. Только отдельные фрагменты, которые к тому же не выбираю сама.
Гайл почувствовал, что она обиделась на его слова, и поспешил загладить вину:
— Корбилиан не колдун. Даром, который у него есть, он владеет в совершенстве, это правда. Но я, хотя и решил помогать ему во всем и всюду за ним следовать, знаю о нем очень мало. Мое решение пришло по наитию, так же как и твое. Но я ему полностью доверяю.
Сайсифер смягчилась и вновь повернулась к нему лицом.
— Должно быть, мы все немного сумасшедшие, раз пошли за ним.
Гайл усмехнулся:
— Да уж. Лучше и не думать об опасностях, которые ждут впереди. Наша задача так необъятна, что я предпочитаю пока не вспоминать о конечной цели путешествия. Кроме того, нам еще предстоит найти союзников! Кто знает, может, когда доберемся до логова зла, нас уже будет целая армия!
— Да, я тоже думаю, что нас станет больше, — кивнула она рассеянно, точно пытаясь заглянуть далеко в будущее.
— Думаю, что стихии не поднимутся против нас. Если и придет шторм, он натолкнется на каменную стену, ибо Корбилиан, кажется, неуязвим. Иначе мы с ним давно замерзли бы или утонули. Даже здесь мне не так холодно, как должно быть на такой высоте зимой. А тебе?
Девушка покачала головой:
— Нет. Мне не холодно.
— Корбилиан рассказывал мне немного о своем понимании сил. Он говорит, что Тернаннок, Омара и все остальные миры — это единый организм. Всякая жизнь в любом из миров — часть единой жизни. Связующим звеном и служит магия, или жизненная сила. В Тернанноке Корбилиан обладал большим могуществом, ибо тамошние жители были настолько близки природе, что могли по желанию черпать из жизненных сил своего мира. Здесь ему труднее управлять силой, потому что он не принадлежит миру Омары, но он научился это делать.
— А я? — спросила Сайсифер. — Кто я? — Вопрос пугал ее настолько, что она выговорила его еле слышно.
— Судя по тому, что говорилось вчера ночью, ты унаследовала дар своей матери. Ты из другой деревни.
— Я не видела ее с тех пор, как мы с отцом уехали оттуда. Мне тогда было три. Свою мать я почти не помню.
— Ты не сочтешь меня невежливым, если я выскажу несколько предположений относительно твоей матери? — На этот раз лицо Гайла было абсолютно серьезным. Она покачала головой. — Много беженцев из Тернаннока укрылось здесь. Вероятно — нет, почти наверняка, — они были предками твоей матери. Так и получилось, что в тебе соединились две жизненные силы Тернаннока, унаследованная от матери, и Омары, унаследованная от отца. В каком-то смысле ты сильнее Корбилиана и намного сильнее меня.