Не успел корабль продвинуться далеко вверх по реке, как стало ясно, что идти дальше он не может: в воде было слишком много препятствий для большого судна. Сломанные деревья торчали вверх острыми шипастыми ветвями, а нависающие ветки угрожали всему, что проходило мимо. Хельвор заявил, что кораблю придется встать на якорь, и когда они увидели приток, текущий с восточного берега, это показалось естественным местом для управления кораблем. Берега реки были крутыми и скользкими от грязи, и казалось, что корабль будет в безопасности от любого нападения с берега.
Сизифер гримасничал, глядя на мутную воду. Я не могу угадать, что находится в реке, — сказала она. И река Феллуотер, и ее приток были уродливого цвета, темные и непроницаемые. Казалось маловероятным, что кто-то из них сможет поддерживать жизнь, но они не могли быть уверены.
Корабль был закреплен частично под навесом, миниатюрным навесом Морского уступа. Раннович приказал спустить на воду меньшие лодки и позаботился о том, чтобы несколько человек остались на корабле под бдительным оком Хельвора. Пока они не убедились, что в этой чужой стране они в относительной безопасности, у большого рулевого не было желания покидать корабль, опасаясь его гибели. Раннович сомневался, стоит ли оставлять кого-либо из своего отряда, но план Хельвора был разумным.
Мы будем следовать за этим притоком, пока он нас приведет, — сказал Раннович. — И мы принесем обратно те новости, которые найдем.
— Если ты не вернешься через неделю, — сказал Хельвор, многозначительно нахмурившись, — вернемся ли мы в Цепь? Это было стандартное понимание Хаммавара. В прошлом они славились своими смелыми путешествиями, но у них были свои собственные правила. Если Раннович не сможет уложиться в установленный срок, ему придется предположить, что Хельвор исчезнет.
Он посмеялся. — Да, Хельвор. Но сначала вам придется открыть ущелье.
Хельвор бы повторил его смех, но никто из команды не смог расслабиться после нервирующего движения в ущелье. Если бы он не повернул назад, корабль никогда бы не покинул внутренние земли.
Сказав несколько последних слов, Раннович и Сисифер повели группу вверх по сужающемуся притоку, их шесть лодок тихо шли по воде, все взгляды были устремлены на нависающую над ними растительность. Он был запутанным и толстым, ничего не указывало на то, что могло быть внутри него, и по мере того, как они углублялись в узкое ущелье, звуки наверху становились приглушенными и далекими. Время от времени над головой мелькала тень птицы, но она двигалась слишком быстро, чтобы ее можно было заметить. Мужчины перебирали мечи, гребцы изучали воду впереди и позади, уверенные, что какой-то враг, должно быть, готовит атаку.
Пока отряд Ранновича продвигался вверх по реке, Хельвор заставил оставшихся людей работать, крича на них и выкрикивая приказы. Он знал, что если бы он позволил им сидеть без дела, мрак леса вскоре овладел бы ими, поэтому он усердно работал с ними. Они осмотрели каждый канат на предмет износа, затем сняли парус и принялись его чинить. Шли часы, и люди все больше погружались в свои задачи, и хотя за лесом постоянно следили, он не подавал никаких признаков враждебности или извержения на них врага.
Той ночью темнота быстро сомкнулась над ними, солнце скрылось за лесом ближе к вечеру. Хельвор настаивал на том, чтобы горело лишь минимальное количество масляных ламп. В лесу становилось все тише, и гул насекомых стих. Даже вода, казалось, понизила голос до шепота. Ветра не было, воздух стал холодным. Большинство мужчин были сонными, поскольку весь день тяжело работали. Они начали засыпать, Хельвор с ними. У тех, кто дежурил на носу и корме корабля, тоже потемнело, и им оставалось только изучать темноту.
Когда лодка начала двигаться, охранники сначала этого не заметили. Он скользил вдоль берега, его якорь и веревки были оборваны, пока Рордас на корме не понял, что происходит. Он вскрикнул и прыгнул на середину корабля, разбудив остальных. Мечи сверкнули в слабом свете ламп, и все люди вскочили и бросились к бортам корабля.
Наши линии перерезаны! — выругался Хельвор, ощетинившись от ярости. Но они никого не видели. — Бросай новый якорь, — крикнул он, и лес заглушил его голос. Приказ был быстро выполнен, но не успел запасной якорь удариться о воду и погрузиться под нее, как леска обмякла. Его притащили с разрезанным концом, хотя при ближайшем рассмотрении показалось, что он был прокушен насквозь. К этому времени корабль уже был в главной реке. Мужчины пытались рассмотреть стены ущелья, но ночь была похожа на черный туман.