— Вот, значит, как. — Руан явно наслаждался, медленно объезжая лагерь Избавителей. — Значит, ты полагаешь, что не обязан отвечать на мои вопросы. А я скажу, что ты ошибаешься.
Как ни прятал Варгалоу лицо, злоба и гнев все равно оставались на виду.
— Предоставь нам самим решать за себя.
Руан развернул к нему своего коня и наклонился с седла.
— Несколько дней тому назад я послал отряд в земли Странгарта. С тех пор о них ни слуху ни духу. Тебе они случайно не встречались по дороге?
— Похоже, ваши люди рыщут всюду, где им заблагорассудится. Может быть, отряд, о котором ты говоришь, и попадался нам навстречу вместе со многими другими.
Руан кивнул:
— Думаешь? А как по-твоему, что с ними сталось?
Баргалоу не отвечал.
— Сдается мне, — продолжал Руан, снова пуская своего коня по кругу, что они каким-то образом расстались со своими лошадьми. — Прежняя теплота исчезла из его голоса.
Джемута напрягся, готовый убивать. Одно слово командира, и он в мгновение ока перережет сухожилия коню и прикончит высокомерного наездника. Варгалоу почувствовал себя в ловушке: он понял, что лошади, на которых ехали его солдаты, раньше принадлежали императорской армии.
— А мне-то какое до этого дело? — Он решил затягивать разговор как можно дольше, тем временем лихорадочно думая, что предпринять. Если отряд этого молодчика не слишком велик, то можно рискнуть и вступить в бой.
— Видишь ли, — приветливо улыбнулся тот, — мы нашли лошадей. Вон там, стоят, стреноженные, под деревьями. Но людей с ними нет.
— Так, по-твоему, мы воры?
— Вы — Избавители, — отозвался Руан. — Я много о вас слышал. О том, как вы возвращаете кровь земле.
— Это так, — кивнул Варгалоу. — Существуют законы, которые нужно выполнять любой ценой, есть зло, которое должно быть вырезано с лица земли.
— А что с моими людьми? Их кровь тоже утолила жажду земли? — Улыбка на лице Руана уступила место ледяному взгляду.
— Ни я, ни мои Избавители не проливали их крови.
— Тогда кто же это сделал?
— Мы нашли лошадей в лесу. Они бродили там одни, без всадников.
— Все?
— Да. Ни души рядом с ними не было. Думаю, Странгарт избавился от них. Он не из тех королей, что снисходительно относятся к нарушителям границ.
Руан ответил презрительным фырканьем:
— Поубивал людей и отпустил лошадей? Да еще таких хороших?
— В табунах короля Странгарта есть и получше. Он знаменит этим, хотя тебе, похоже, мало что известно о нем самом и его стране. Иначе ты бы не свалял такого дурака и послал бы туда отряд побольше. А то и вообще не совался бы куда тебя не просят.
Руан погрузился в раздумья, уверенный, что Избавитель лжет.
— Но раз эти лошади твои, — продолжал Варгалоу, — то можешь их взять.
Молодой воин снова рассмеялся:
— Будь спокоен, я так и сделаю.
— Но не раньше, чем я с ними закончу. Сейчас они мне нужны.
Руан уставился на него в недоумении, точно не в состоянии осознать услышанное.
Варгалоу закончил свою мысль, не обращая внимания на выражение лица собеседника:
— Я должен как можно скорее вернуться в Неприступную Башню. Когда я прибуду на место, тебе вернут лошадей.
— А если я потребую их прямо сейчас?
— Зачем? Тебе разве своих мало?
Руан отвернулся и снова принялся осматривать лагерь. Его лошадь нервничала, как будто пугаясь такого количества стали. Однако всадник знал, что в этом деле победа все равно останется за ним. У него было достаточно людей, чтобы добиться желаемого исхода, как бы ни были хороши в бою эти Избавители (а про них ходили слухи, что они отличные воины). Но бесстрастие Варгалоу вселяло в него некоторое беспокойство. «Что за козырь у него в запасе? Почему он так спокоен? Надо действовать осторожно, — сказал он себе. — Нечего проливать кровь понапрасну, да, может, они и впрямь не убивали наших людей». Он снова принялся рассматривать пленников и только тут по-настоящему их увидел. От такого открытия он чуть с лошади не свалился. «Слепой дурак! — мысленно завопил он. — Они здесь! Прямо перед моим носом. Маг, искать которого я отправлял своих людей, и Гайл. Сидят прямо напротив меня. Нужно следить за каждым своим шагом». Он снова повернулся к Варгалоу: