Песета.
Песета была старшей дочерью мельника. Все считали её очень страшной. Во-первых, потому что Песета была на лицо как рыба, ну прямо вылитая скумбрия. Во-вторых, от неё сильно это рыбой пахло. На этот счёт говорили, что мельник как-то пошёл купаться пьяный, ну и встретил большую странную рыбу в темноте. И не разобрал, что это рыба. А рыба в ночном тумане принесла ему девочку и положила в ведро у порога. Мельник, конечно, говорит, что это всё чушь. Но дочек у мельника много. А ни одной жены никогда не было. Откуда взялись эти дочки - загадка, к тому же все дочки разные и все странные немного. Но страшная из них только Песета. К тому же Песета любила подраться. И так дралась, что все местные мужчины её побаивались. А вот к Негроту её тянуло. Она даже думала, а не выйти ли замуж за Негрота. Но священник был против. Да и Негроту эта идея не понравилась.
- Нет, сказал он Песете, - я на тебе не женюсь. А вот Робан Глум, внук Гормы, может, и женится.
- Не знаю такого, кто он? - спросила она, но Негрот не ответил. Он вообще отвечал не всегда.
Кстати, священник, уже не тот, первый, а другой, позже, приметил эту привычку Негрота отвечать не всегда и намотал на ус. И тоже стал так делать - оказалось настолько эффективно, что этот священник сделался карминовым кардиналом.
Робан Глум.
А Робан Глум был тогда молодым профессором в Мюршском Университете. Так уж получилось, что предки его как раз из этих мест. И бабушка его, чародейка Горма Глум оставила ему маленький домик в Чоса Негро. Робан приезжал иногда. Гулял по побережью, заглядывал в разные интересные места - и к Негроту тоже заходил. Робан вообще как-то быстро стал довольно таки знаменитым философом-натуралистом. Самые известные его работы - "Золотое Желание" и "Что такое красота", где он даёт дерзкие и почти бессмысленные определения, собственно, красоте и желанию.
Однажды вечером Песета пришла к Негроту, принесла ему мешок потатов и сорок унций болгарской соли. А там сидит Робан Глум.
Оказывается, Глум тоже принёс Негроту потатов и соли, они как раз их жарили на костре и ели. И пальцы облизывали, каждый свои. Глум выглядел очень довольным и много смеялся. Он смотрел на Песету через стёкла очков и это крайне её смущало, в Чоса Негро никто очки не носил никогда.
А Негрот пошутил, что вот, мол, Робан в этот раз приехал специально, чтобы на тебе жениться. Песета ответила, что не хочет за Робана замуж, но Негрот только покачал головой, неважно, надо. А Робан вроде как и не против был, однако у него уже была жена в Мюрхе.
- Та жена у тебя же красавица, я помню, ты года два назад с ней приезжал.
- Да, - подтвердил Глум.
- Даа, а эта смотри какая страшная и ещё от неё рыбой пахнет, понюхай, вот.
Робан понюхал, точно, сильно пахнет. Если долго принюхиваться, то и стошнить может.
- Нет, - сказал Робан, - конечно, хорошо бы такую страшную женщину взять в жёны, но моя жена, которая красавица, будет против.
- Ну как знаешь, - сдался Негрот.
Песета хотела было возмутиться и даже обидеться, но не успела. Негрот поднял её и посадил на правое плечо.
Омбредеор.
Всё знали, что Негрот любил рыб. День напролёт он спал в шалаше, а по ночам заходил далеко в воду и стоял в ожидании. А когда рыбы подплывали к нему, гладил их и говорил с ними. А ещё он исполнял их желания.
Когда-то, очень давно, когда на земле было примерно так же, как сейчас на луне - пустые моря с пылью и всё вокруг - сплошной открытый настежь космос. В те времена у Негрота не было ни такого имени, ни плавникового шалаша. И был он вовсе не чёрным, как сейчас, а золотым. С золотыми кудрями, апельсиновой кожей, горящими глазами и в золотой рубахе, хотя, как и теперь - без штанов. Если бы люди встретили его тогда, они назвали б его Омбредеором, кабальеро солнечной дороги. Он сидел на горе и смотрел в далёкое никуда золотым взглядом. Как долго это продолжалось - неизвестно, но взгляд его однажды перестал быть пустым - там завелись рыбы. Непонятно как и откуда, возможно, золотой взгляд Омбредеора зацепил какой-то синхропорфемный поток и смешался с ним, но теперь, куда бы великан ни смотрел, из его глаз выплывали наружу золотые рыбы.
И все эти рыбы имели желания. По желанию на каждую рыбу. Почему Омбредеор решил исполнять их? Возможно, от скуки, но теологи и богословы утверждают, что по любви. Это относится не только к Омбредеору, но и к нему в том числе. Рыбы хотели понемножку и разного, но рыб было много и они не кончались. У первых рыб не было почти никакой фантазии - они просто хотели жить - и Омбредеор делал их живыми. Боялись умереть - он делал их бессмертными, боялись бессмысленности бытия - возвращал им смерть. Но потом какая-то рыба захотела переселиться из космоса в море, которое из воды, а не из пустоты. А другая захотела, чтобы море было поглубже, а третья, напротив - помельче. Четвёртая вообще пожелала жить в домике на вершине самой высокой в мире горы. Какие-то рыбы вдруг захотели есть, и Омбредеор создал им всякой еды, рыбы захотели охотиться - и еда стала живой и самостоятельной. Постепенно он насоздавал столько всякого по указаниям рыб, что получился огромный мир, полный чудес и странностей. Собственно, луны тогда тоже ещё не было - это одна рыба придумала, она просыпалась по ночам и долго не могла уснуть - требовалось что-то, чтобы успокоить её, так и появилась луна. Со штанами, кстати, получилось странно. Одна рыба посмотрела на Омбредеора и сказала, что без штанов ему неприлично - и штаны появились, но другой рыбе стало любопытно - что у Омбредеора в штанах - она пожелала, чтобы штаны исчезли, и штанов на великане не стало, с тех пор он и без штанов. Да, бывают и такие желания - не все просят луну...