Его рука медленно скользит под мою одежду. Каждое движение — как ток, пробегающий по коже. Дрожу, чувствую, как моё тело сдается, откликаясь на их ласки. Сопротивление угасает, оставляя только бурлящее внутри желание. Теряюсь в этом безумии, где нет границ между страхом и влечением.
Кристиан поднимает мою голову, заставляя посмотреть в глаза. Взгляд холодный, острый. Пронзает меня насквозь, ломая последние остатки воли.
— Ты понимаешь, что должна сделать, — произносит тихо, но каждое слово звучит как неизбежный приговор.
Киваю, словно марионетка, следуя его воле. Мысли размыты, сердце колотится так, что, кажется, выскочит из груди.
— Отдай ему, — шепчет Кристиан. Голос звучит тихо, почти успокаивающе, но я знаю, что это лишь обманчивое спокойствие.
— Но… я создала вирус… — пытаюсь сказать, но его поцелуй перекрывает мне путь к отступлению.
— Не важно… — шепчет, снимая с меня остатки одежды. Его руки горячие и жесткие, не могу сопротивляться. Его прикосновения вызывают трепет и желание.
Алекс присоединяется к нему. Их тела окружают меня, и я теряюсь в их объятиях.
Теряю контроль над собой, и желание заполняет каждую клеточку моего тела. Их присутствие лишает меня воли. Страх смешивается с желанием и безысходностью. Хочу сопротивляться, но не могу. Подчиняюсь их власти.
Глава 27
Сопротивляться не получается. Сила и власть, исходящие от него, подавляют мою волю, а приближающийся Алекс дополняет это ощущение: его тёплое дыхание касается шеи, руки уверенно и требовательно ложатся на моё тело. Во мне смешиваются страх и пылающее желание. На сознательном уровне я понимаю, что происходит, но тело реагирует иначе.
В этот момент Алекс начинает трансформацию: очертания мускулов усиливаются, сквозь кожу проступает звериная сущность. Его волчья форма вызывает смесь ужаса и восхищения. Что-то первобытное внутри меня откликается на это зрелище, и я не могу отвести взгляда.
Кристиан тянет меня ближе, и его слова звучат, как неотвратимый приговор:
— Ты наша. И ты это знаешь.
Они повисают в воздухе, словно подтверждение новой реальности, из которой уже не сбежать. Чувствую, как их власть и сила полностью накрывают меня, превращая в существо, всецело принадлежащее им. И в глубине души я уже не уверена, что хочу этому сопротивляться.
Его холодный, влажный нос утыкается в мою промежность, и это вызывает во мне электрический разряд. Выгибаюсь под этими ласками, и его язык — шершавый и горячий — ласкает меня так, что я теряю рассудок. Тону в этом диком удовольствии, и я хочу еще, и еще…
Его язык распаляет во мне неконтролируемое желание.
Кристиан целует мою шею, ключицу, грудь, кусает за сосок, и его поцелуи — горячие и жесткие — заставляют меня дрожать. Все растворилось, расщепилось на атомы. Чувствую только приятное, нарастающее удовольствие. Желание достичь удовольствия.
— Кончай, — рычит, и сжимает мою шею, вызывая взрыв удовольствия, который перерождается в мощный оргазм, разрывающий меня на части.
Алекс меняет ипостась, садится на диван. Подхватывает меня, усаживая на свой член, и забываюсь от , удовольствия и похоти. Он движется глубоко и властно.
— Наша — шипит , его язык скользит по моей шее, и от этого жара выгибаюсь сильнее.
Кристиан раздевается и оказывается передо мной, тону в его взгляде и прикосновениях. Его руки начинают гладить мои плечи, теряю контроль.
Отдаваясь дикой страсти. Их тела – влажные, горячие, сильные, и я хочу впитывать их целиком.
— Алекс, давай поменяем позицию,– голос Кристиана, хриплый и низкий, бросил меня в пучину предвкушения и стыда.
Алекс понимает брата с полуслова. Опуская коленями на диван. Моя задница оказывается на их обозрении, и стыд с похотью, словно хищники, накидываются с новой силой.
— Красивая, бесстыдная омега, – цедит Кристиан, и ведет подушечками пальцев по моей киске, отчего та сокращается в ответ, жаля меня волной наслаждения. Воздух вокруг меня словно вибрирует, наэлектризованный их присутствием.
— Не то слово, брат, есть в ее наказании что-то привлекательное, – шутит Алекс, и ведет рукой от копчика до предплечья, заставляя кожу покрыться мурашками.
Взгляд кожей чувствую, как их глаза жадно изучают каждый изгиб моего тела. Кажется, что от их прикосновений все внутри закипает, готовое вырваться наружу.
— Повторение мать учения, – шепчет Алекс, и гладит меня по голове, словно я непослушная кошка.
Кристиан на полной скорости проникает в меня, заполняя, растягивая до предела. Набирая скорость, проникая с каждым разом глубже.