Руки упёрлись в крышу машины, замкнув её в капкане. Глаза широко раскрылись, но взгляд не отрывался, словно искала ответ, которого не хотела слышать.
— Кристиан… — голос едва слышный, хриплый.
Наклонившись ближе, вдохнул её запах — смесь кофе, пряностей и чего-то неуловимо сладкого. Сердце билось быстро, звучало как зов.
— Сказали же, это не закончится, — голос стал ниже, почти шёпотом. — Не предупреждали? Мы всегда забираем то, что принадлежит нам.
Алекс кивнул, взгляд был жёстким. Его молчание усиливало напряжение.
Её дыхание стало рваным, чувствовал, как тело дрожит под этим давлением. Не страха, нет. Это было что-то другое. Признание неизбежности.
— Давай, Клэри, скажи, что поняла. Это был твой последний шанс на выбор. Теперь мы решаем.
Шаг назад, и её взгляд, полный смеси гнева и растерянности, устремился за мной. Алекс остался на месте, как неподвижная стена, не позволяя ей ни вдоха свободы.
Наша. Без компромиссов.
Глава 33
— Ты не понимаешь, — её голос дрожит, а взгляд полон отчаяния. Она готова расплакаться, но я не могу этого допустить.
Я больше не выдерживаю. Её слова — словно спусковой крючок. Наклоняюсь ближе и накрываю её губы своими. Поцелуй властный, жесткий, почти грубый. Замерла на долю секунды, но потом её губы отвечают. Это не просто поцелуй — это борьба, моя победа, её сдача. Теперь она точно не сбежит.
Клэри тяжело дышит, её глаза блестят от эмоций.
— Не убежишь больше, малышка, — шепчу, поднимая её на руки. Она слабо сопротивляется, но мы оба знаем — это бесполезно.
Алекс уже стоит рядом, открывая дверь машины. Без лишних слов он садится за руль.
— Следующая остановка — наша стая, — говорю, усаживая Клэри на заднее сиденье.
Она смотрит на меня, её лицо — смесь страха и непонимания.
— А как же работа? — голос дрожит, руки пытаются оттолкнуть меня, но слабость в движениях выдаёт усталость.
— Поработала уже, — рычу, прижимая её к себе. — Посмотри на себя. Худая, измотанная. Ты так собираешься рожать?
Голос резкий, но в нём больше беспокойства, чем злости. Она замирает, опуская взгляд, но я не даю ей возможности уйти от разговора.
— Это моё тело, моя жизнь, — бросает в ответ, сжав кулаки. Взгляд, полный упрямства, поднимается к моему. — Я сама разберусь, что мне делать.
Слова, как вызов, пробуждают во мне волка. Пытается отвоевать самостоятельность, не понимая, что идёт против самого инстинкта.
Клэри смотрит на меня с вызовом, но её руки дрожат, сжатые в кулаки.
— Разберёшься? — прижимаюсь ближе. — Ты слишком измотана, чтобы принимать хоть какие-то решения.
— Я не игрушка, Кристиан! — голос дрожит, но в нём слышится ярость. — Ты не можешь просто взять и решить всё за меня! Ее волчица рычала, огрызалась, словно забыв, где её место. Глаза яростно сверкали, в них горела непокорность, но я видел, как дрожат её руки, сжавшиеся в кулаки.
— Не заставляй меня кусать тебя, — голос звучал низко, сдержанно, но в нём чувствовалась угроза. — Ты носишь моего ребёнка, яд ему повредит.
Отвернулась, сжав губы, но рычание внутри не утихло. Волчица пыталась бороться, но её сопротивление казалось жалким.
— Успокойся, Клэри, — медленно добавляю, наклоняясь ближе. Рука ложится на её колено, сильная, теплая, подчёркивающая границу, которую она не смеет переступать. — Приструни её, иначе сделаю это я.
Её взгляд метнулся ко мне. Вызов, страх, гнев — всё смешалось в этих карих глазах, которые я знал наизусть.
— Не смей, — выдавила, голос дрожал, но звучал твёрдо.
Усмехаюсь, медленно убирая руку.
— У меня хватит терпения, малышка. Но не забывай, кто здесь альфа. Прекрати борьбу. Ты не сможешь выиграть.
Алекс мельком взглянул на нас через зеркало, но не вмешивался. Его молчание — ещё одно напоминание о том, что решение уже принято.
Клэри отвернулась, глядя в окно. Её дыхание замедлилось, но напряжение не исчезло. Я чувствовал, что она всё ещё пытается держаться за свою независимость.
— Ты думаешь, что это конец? — наклоняюсь к самому её уху, почти касаясь кожи. — Это только начало. Смирись, пока не стало хуже.
Ничего не ответила, но я знал: она услышала. Теперь вопрос только в том, как долго она будет сопротивляться неизбежному.
— Алекс, едем домой. В стаю, — коротко бросаю, усаживаясь глубже в сиденье.
Алекс без лишних вопросов заводит двигатель. Машина плавно выезжает на трассу. Фары прорезают ночную темноту, оставляя позади пустынные дороги.
Клэри замерла, прижавшись к двери. Тишина от неё неожиданна, но я рад, что она хоть на мгновение угомонилась. Лёгкое сопение выдаёт её усталость, чувствую, как напряжение в её теле постепенно сходит на нет.
— Похоже, устала, — тихо замечает Алекс, мельком глядя на нас через зеркало.
— Ещё бы, — бросаю, переводя взгляд на её лицо. Глаза закрыты, дыхание ровное. Она уснула, наконец-то расслабившись. Это даже хорошо. У неё слишком мало сил, чтобы продолжать борьбу.
Считаю время. До стаи три дня пути. Никаких ночёвок в машине — для беременной омеги это неприемлемо. Она и так слишком измотана.
— Найди отель, — говорю Алексу. — И место, где можно поесть. Её нужно накормить.
— Уже ищу, — отвечает, настраивая навигатор.
Машина катится по трассе, звук мотора становится почти убаюкивающим. Волчица внутри неё успокоилась, но только временно.
— Мы должны остановиться не позже, чем через час, — добавляю, глядя, как её руки едва заметно подрагивают. — Ей нужен отдых.
Алекс молча кивает, ускоряя движение.
Клэри ничего не скажет, когда проснётся. Но я знаю — разговоров не избежать. Её попытки сопротивляться будут продолжаться. И это только разжигает во мне желание показать ей, что теперь она в безопасности, даже если её собственное упрямство будет бороться до конца.
— Ты уверен, что она выдержит стаю? — Алекс всё-таки нарушает тишину.
— Она выдержит, — отвечаю твёрдо, переводя взгляд на её лицо. — Потому что теперь её место там. С нами.
Машина продолжает двигаться по пустой трассе. Скоро найдётся отель, еда, тёплая постель. Всё это нужно ей. Но не ради комфорта, а ради будущего, которое она пока не готова принять.
Отель оказался подходящим. Просторный номер с большой, удобной кроватью, мягким светом и тёплой атмосферой был идеальным для отдыха.
Клэри продолжала спать, пока я поднимал её на руки. Лёгкая, измождённая, она не проснулась, лишь тихо вздохнула, когда уложил её на кровать. Аккуратно снял ботинки, расправил волосы и укрыл тёплым одеялом.
— Закажи ужин, — коротко сказал Алексу.
Через двадцать минут в комнате начали разноситься запахи еды: жареное мясо, хлеб, тушёные овощи. В желудке заурчало, но терпел. Еда была нужна всем, особенно ей.
За столом Алекс молча разложил тарелки. Ели в тишине, пока не услышал, как одеяло чуть зашуршало.
Клэри начала двигаться, сначала осторожно, потом чуть активнее. Запах еды явно сделал своё дело. Волчица в ней проснулась раньше, чем разум.
— Похоже, она просыпается, — спокойно заметил Алекс.
— Запах голодного не оставит, — коротко ответил, наблюдая за её движениями.
Она приподнялась, едва открыв глаза, но уже ясно было, что борьба окончена. Голод победил
— Еда? — голос был тихий, сонный, но жадный.
Пододвинул тарелку ближе.
— Еда. Ешь.
Клэри потянулась, замерла, будто решая, стоит ли. Взгляд скользнул по мне и Алексу, но сомнений хватило ненадолго
Схватила хлеб, голодно откусив. Алекс хмыкнул, продолжая жевать, но не произнёс ни слова.
Смотрел, как она ест, медленно, но с каждым кусочком всё жаднее. Это подтверждало одно — правильность нашего решения.
Глава 34
Клэри доела и, не поднимая глаз, скромно отодвинулась, словно нашкодивший котёнок. Правильно делает. Знает, что совершила ошибку.