Ну-с, перед смертью не надышишься. Так что вздохнув, в контрольный раз проверяю, а точно ли я застегнула комбинезон “под самое горло”. И, наконец, выхожу в кабинет.
Здесь густо пахнет кофе.
Я замечаю у стены сломанного робота-уборщика. С разбитым накопителем, вымазанном в кофейном порошке. И запах. Концентрированный запах кофе на весь кабинет.
Святой космос! Так вот почему пришли капитаны! Получили мой “прощальный” кофейный сюрприз. Впрочем — это я их ещё пожалела. Или они мне выкатят претензию?
Плевать!
Мой план остаётся прежним — выпроводить маршалов и посмотреть тестер. Независимо от результата, всячески избегать капитанов до моего отъезда — потому что нельзя провоцировать мой омега-ген! Ну а сам этот отъезд организовать как можно скорее.
Я буду стоять на своём до конца.
Хант и Ордел сидят в креслах, на лицах — вежливые улыбки — ну просто образцовые пациенты. Терпеливо ждут сеанса! Ага, как бы не так… Смотрят альфа-шиарийцы внимательно, цепко, так ещё и принюхиваются — аж мурашки бегут по спине. Их хвосты хищно изгибаются, будто настороженные змеи, и мой золотыш тут же пытается выскочить из-за ноги, потянуться, чтобы успокоить их, будто сказать — всё хорошо! Я здесь!
Волевым усилием заставляю свой хвостик вытянуться в идеальную дугу.
А внутри… снова начинает подниматься волна возмущения.
— Виана… — начинает было Хант.
— Нет, — обрываю я его, вздёргивая подбородок. — Сначала я скажу! Мне совершенно невозможно тут работать! Тут нет для меня условий. Неделю назад вы меня оскорбляли. Вчера — уволили. А сегодня выломали дверь в мою ванную. Я вообще не хочу тут находиться. Ни в одном кабинете с вами, ни даже на одном крейсере! Я правда хотела помочь — как психолог. Как специалист! Но очевидно — здесь моя помочь никому не нужна. Поэтому…
— Виана, мы согласны, что передавили, — мягко перебивает меня Хант, и от того, как это неожиданно, я сбиваюсь, и даже на миг забываю всю заготовленную речь.
— Поверьте, — продолжает Хант с мягкой интонацией, будто уговаривает недоверчивого котёнка, — дверь в вашу ванную пострадала лишь потому, что нам показалось, будто с вами что-то случилось. Ваш голос звучал очень… испуганно.
— Но вламываться было чересчур…
— Мы действовали на инстинкте, — говорит Ордел, — чтобы защитить нашу сам… нашего сотрудника. Вы, как специалист по шиарийской психологии, знаете, как легко включается подобный инстинкт, верно?
— Да, н-но… — хмурюсь я, чувствуя себя как рыбка, которую пытаются поймать на крючок.
— Конечно, — качнул серебряным хвостом Хант, — это был шок для вас. За подобные эмоциональные встряски, вам, как сотруднику крейсера, положена компенсация.
— Мне не нужны деньги.
— Ну о чём вы, виана, — почти ласково мурлычет светловолосый маршал, — мы, конечно, о другом. О чём-то более существенном и интересном для вас. Я читал вашу диссертацию. Вы в ней проводили исследование о пользе природы для психологического здоровья, особенно для гуманоидов, долго прибывающих в космосе. Поэтому, мне кажется, интересной идея перенести ваши сеансы в зону оранжереи. Как вы думаете, это помогло бы пациентам?
Я слегка подвисаю от такого предложения.
Капитан читал мою диссертацию?! Когда успел?!
И судя по внимательному взгляду Ордела, и движению его хвоста — он тоже знает о чём речь. Ну ладно — читали… Но вот так просто предлагают мне такое?
Зелёная зона на любом крейсере — это одно из самых закрытых мест. И самых прекрасных. Живая природа под сияющими звёздами. И они предлагают мне — той, чью профессию презирают — проводить там сеансы?!
Нет, это, конечно, помогло бы пациентам и мне было бы крайне полезно провести сравнение показателей, до и после. Тогда я смогла бы углубить исследование и…
Так, стоп!
— Я вынуждена отказаться! — говорю твёрдо, чувствуя укол сожаления. А хвостик-золотыш обвиваю очередным волевым усилием вокруг собственной щиколотки. Да потуже. А то он выдаст мою растерянность и много чего ещё с потрохами.