— … Ария стала для меня самым больши́м разочарованием, ведь я не ожидал, что такая юная виана может оказаться склонной решать свои проблемы с учёбой при помощи тела… — продолжал распинаться Грей, но тут заметил чашку с кофейным пойлом: — О! Чудесно! Это божественный нектар. Чего не отнять у вашего корабля — так это чутко откалиброванных на запрос гостя фудпринтеров! Я даже укажу это в отчёте!..
Я опустился в кресло рядом с братом.
Напротив Люциана Грея, который пил странную смесь большими глотками и причмокивал.
А я перекатывал в уме сказанное им: он утверждал, что Ария отдавалась в Академии всем, кому ни попадя.
Зачем он это говорит? Нагло лжёт.
Ведь мы знаем, что это не так.
Мы были её первыми. И единственными.
Но профессор не знает об этом.
— … я как мог сопротивлялся распределению такой вианы на столь серьёзный объект, как ваш крейсер! Но бюрократия, сами понимаете. И при первой возможности организовал инспекцию! И вот я здесь! Я её, конечно, заберу. Вам будет неприятно находиться с ней в замкнутом пространстве долгое время…
“Зачем он несёт этот бред?” — Ордел коснулся меня на индивидуальной волне.
“Он ошибся в прогнозах, брат. Выбрал неверную тактику…”
— Эта виана прошла по рукам всего орбитального общежития, между нами говоря… Если бы процесс распределения на практику не был автоматизирован, я бы никогда не допустил…
— Грей, чего ты добиваешься? — вклинился я в поток этой словесной грязи.
— Вы же гордость флота! — показательно расширил глаза Люциан Грей и оставил на стол опустевшую чашку. — Я думал и о вашей офицерской части. Чтобы не пошли пересуды…
— Замолчи, — сорвался в рык Ордел, — пока я не затолкал тебе в глотку каждое твоё гнилое слово!
Лицо профессора тут же побледнело, посерело и удивлённо вытянулось. До него, наконец, дошло, что он полностью неверно расценил атмосферу. Что на самом деле наше отношение к виане Арии сильно отличается от его. И наговорил он уже достаточно, чтобы вышвырнуть его за борт… по частям.
Нам с братом теперь было очевидно, что Люциан Грей был нашей мианессе врагом — скрытым или явным — не важно. Но нам точно не “показалось”, что она его боится. Осталось выяснить, что он успел ей сделать и что сказать. Методы, как вырвать правду из глотки таких вот напыщенных крыс у нас были отработаны от и до. Впрочем, я собирался выйти за рамки “одобренных методов”.
Глядя в расширившиеся от страха глаза профессора, я холодно произнёс:
— … И с этой секунды, профессор Люциан Грей, за каждое мерзкое слово мы будем ломать тебе одну кость. Двести десять? Столько костей в теле у гибридов-драконоидов, я ничего не путаю?.. Через двести десять некорректно подобранных терминов мы сломаем тебя целиком. А сейчас мы с братом будем задавать тебе вопросы. А ты будешь отвечать предельно честно и по существу.
— Что вы такое говорите, вианы! — вскинулся Грей, но я видел, что губы его подрагивают, — я уполномоченный инспектор Союза! Вы не имеете права! Я…
И тут мы с братом оскалились на профессора синхронно. Наши хвосты нетерпеливо щёлкнули кончиками и метнулись под столом к профессору…
Глава 14
Ария
В коридоре отчётливо раздавался болезненный вой. Выл профессор, да так, будто его резали заживо. Я скорее побежала на звук, а вой тем временем превратился в скулёж. У меня сердце нервно вздрогнуло.
Что там вообще случилось?!
Я ворвалась в рубку капитанов и замерла на пороге.
Никого из сотрудников тут не было. Только Ордел и Хант, что возвышались над скрючившимся на полу профессором. Одна рука Люциана Герея была выкручена под неестественным углом, несколько пальцев выгнуты в неправильную сторону. Хосты маршалов накрепко фиксировали профессора — так что он мог только дрожать и выть, его обычно смуглое лицо сейчас было серым от боли. Его белые брюки были мокрые, и сам он лежал на полу в луже воды…
“Не воды…” — с оторопью поняла я, когда кислый запах добрался до моего носа.
— Что здесь происходит? — спросила я. Голос у меня свистел.
— Беседуем с профессором, — ответил Хант с таким видом, будто они не кости Люциану ломают, а делают суставную гимнастику.
— Виана Ария, мы уделим тебе время позже. А пока что выйди, — предельно вежливо произнёс Ордел.
Градус безумия шкалил, и у меня закружилась голова.
Моя шиарийская звериная часть потирала руки от удовольствия. “Получил, по заслугам, шантажист!” — агрессивно думала она, глядя на скулящего профессора Грея. Она, кажется, даже хотела бы сломать ему и вторую руку следом! Но моя разумная половина была в ужасе и со скоростью света просчитывала последствия.