— Хм-м… Если интересно, я мог бы показать их тебе, — осторожно произнёс он, будто пробуя почву. Такие учёные уверены, будто их гениальные идеи обязаны захватить и другие умы.
— Я бы очень хотела…
— Тогда договорились, — довольно кивнул он.
— И всё же… какую роль я играла в вашем проекте?
Люциан самодовольно оскалился.
— Твой омега-ген, Ария. Он уникален. Идеальный проводник. Я убедился в этом, когда заполучил немного твоего биологического материала… Просто собрал кое-что в твоём кабинете — совсем немного эпителиальных клеток с твоей кружки, с рабочего стола. Но даже это помогло притянуть новорождённое ядро. Благодаря тебе, заполучить его оказалось проще простого. Если бы я мог изучить твой омега-ген лучше… — он наклонился ближе, его голос стал почти заговорщическим. — Думаю, я совершил открытие, Ария. И если ты мне поможешь… я поделюсь с тобой своими наработками. Ты ведь всегда мне нравилась.
У меня пересохло во рту.
— Значит… хотите, чтобы я полетела с вами?
— Да. Пожалуй… Ты согласна? Заодно порвёшь с этими альфачами, которые тебе прохода не дают.
— Я… мне надо подумать, но… это звучит интересно! Я, наверное, согласна, — соврала я.
Люциан расслабился, явно облегчённый… Неужели поверил?
— Тогда как насчёт… — начал было профессор, опуская бластер, но внезапно док содрогнулся. Далёкий рёв эхом разнёсся по отсеку. Лицо Люциана побледнело.
— Нет, — выдохнул он, вскидывая бластер вновь. — Ты солгала мне! Ты привела капитанов!
— Нет, я…
— Проклятье!
Его рука напряглась, задрожала. И у меня не выдержали нервы, я метнулась к ядрышку. Мне хватит удара хвоста, чтобы разбить энергосеть. Да — обожгусь до кровавых пузырей, но это не важно.
Я действовала быстро! У меня был шанс!
Но ещё раньше, чем я успела коснуться клетки, раздался щелчок и свист выстрела.
Боль обожгла спину. Затопила сознание. И погрузила мир во тьму.
Глава 18
Ордел
Мы с братом проснулись одновременно.
Открыли глаза в одну и одну и ту же секунду, будто кто-то ударил в набат внутри наших черепов. Тревога — густая, липкая, как смола — обволокла сердце, пропитала воздух. Я резко сел на кровати. Хант вскочил на ноги. Его глаза горели в темноте, хвост встревоженно рубил воздух и щёлкал кончиками.
Арии не было в спальне.
Не было в этом корабельном секторе.
Не было нигде!
Я не мог её почувствовать, как бы не пытался.
Я помнил, как совсем недавно с наслаждением обнимал её гибкое отзывчивое тело. Помнил, как потом она выбралась из наших объятий, шепнув, что скоро вернётся.
Но в итоге пропала.
Пульс подскочил, переводя тело в полу-боевую фазу. Хвост покрылся боевыми шипами. Мы с братом расширили наше объединённое пси-поле, слившись с пси-полем корабля. Мы искали Арию всюду… Но не нашли ничего, кроме всё той же душной тревоги, от которой пол уходил из-под ног.
“Ядро неспокойно”, — передал мне Хант по закрытому каналу.
Я кивнул.
Мы не стали говорить лишнего. Слова были не нужны.
Разум на бешеных скоростях обрабатывал всю имеющуюся информацию и строил вектора вариантов того, что могло случиться с нашей мианессой.
Живое ядро корабля сейчас взволнованно пульсировало, разгоняя волны густой энергии. Когда ядро в таком состоянии, невозможно наладить с ним контакт…
Это наводило на мысль, что, возможно, Ария у ядра. Нашему своевольному крейсеру и раньше не терпелось познакомиться с мианессой поближе. Он вполне мог провести её к своему сердцу в обход всех систем безопасности. Если она коснулась энерго-оболочки ядра, это вполне могло вызвать у него такую яркую реакцию, какую мы и наблюдаем.
И возле сердца — единственное место, где присутствие Арии будет размываться из-за сильных энергий — поэтому мы её не чувствуем. Если это так — она в безопасности. Крейсер “Трон” никогда ей не навредит. Надо просто пойти за ней и забрать.
Но другой вариант — что она всё же попала в беду. Отметать это нельзя. Тем более волны, что посылает ядро, совсем не наполнены счастьем, а скорее кипучим колючим волнением.
Мы больше не теряли времени.
Через миг я уже застегнул боевой комбинезон.
Брат защёлкнул на поясе бластер.
Мы были готовы сорваться с места, но тут замерли, уловив что-то. Посмотрели на точку на стене, откуда исходило едва слышное гудение. А потом часть стены распалась на фрагменты, и под потолок взвилось маленькое алое ядрышко.