Но эту катану я взяла не себе. Я кинула её Алу. Тот ловко поймал её и посмотрел на меня, приподняв брови. Ещё больше удивился и он, и слуга, когда я отказалась брать оружие себе.
На трибунах зашептались.
Две причины.
Я не взяла оружие по двум причинам.
Я хочу показать, что справлюсь и так и сделать поражение Ала ещё более ничтожным.
Второе. Если он тоже уберёт оружие, я его пощажу. Если он будет биться катаной... Я его убью.
Начало. Удар сталью.
Значит, я все же убью тебя. Ты выбрал сам.
Я увернулась от трёх ударов, подвернула под лезвием и, подпрыгнув, ударила Ала ногой по плечу. Я целилась в грудь, но Ал смог увернуться. Но от удара лицо его скривилось, он взялся за плечо и что-то прошипел. Плечо было правым, и пришлось Алу биться дальше левой рукой.
Он ударят умело, но уже не так ловко.
Ал постарался пронзить мне горло. Я прогнулось в пояснице, наклоняясь назад, и лезвие пролетало над моей головой. Зрители вскрикнули. Не успел Ал убрать руку назад, как я ударила ногой по его запястью. Он вскрикнул, хватаясь за руку и роняя катану. Я сбила брата с ног ударом ноги и, подбирая катану на ходу, подошла к Алу.
И вновь я приставила лезвие к человеку. К горлу Алана.
Я посмотрела в глаза брата. Тот не торопился просить пощады.
Вдруг он сам, когда я уже собиралась поднять лезвие для удара, Ал поражено прошептал:
- Бьянка...
Я вздрогнула.
Узнал, неужели.
Я хмыкнула. Поколебавшись секунду, я опустила катану...
Алан зашипел от боли, раздался стон.
Я проткнула ему бок.
Нет. Я не убью его. Я убивала разных. Но Ал умрет не от моей руки.
Я отошла, кинув катану в сторону. Врачи тут же подбежали к раненному и положили его на носилки.
- Что он прошептал?
От неожиданно раздавшегося голоса Феликса у самого уха я вздрогнула.
- Он сдался, - ответила я.
Феликс усмехнулся и встал передо мной.
- Поздравляю, - произнёс он. - Мы оба в финале.
- Нашёл, с чем поздравлять, - без эмоций произнесла я. - Твоё главное достижение в жизни, да?
Феликс ухмыльнулся.
- Злая, - сказал он. - Но жестокости тебе не хватает.
- По твоим меркам? - холодно спросила я.
- Нет, - отозвался Феликс с насмешкой. - Для того, чтобы победить.
С этими словами он отошёл. Я хмыкнула. Он просто ничего обо мне не знает. Но он прав.
Я жестока. Но не как они.
Как только Ала унесли, начался перерыв. Зрителям разносили закуски и шампанское, они ходили с места на место, болтали, смеялись, делали ставки.
Но через полчаса ведущий объявил о финале.
Объявили наши имена. Обоим дали шанс выбрать оружие.
Я знала, что могу его победить. Без особого труда.
Но стоит ли?
Я не хочу ему проигрывать. И зачем? Я просто не буду показывать нечто слишком удивительное.
Волков не знает, что сам себе оказался врагом. Моя победа даст мне больше голосов при дальнейшем выборе зрителями лидеров, а проигрыш Феликса уронит авторитет гвардейцев.
Хотя...
Может, Волкову и хочется, чтобы Феликс проиграл?
Насколько я знаю, они враги.
Феликс выбрал два клинка. Я взяла саи. Удобное оружие. И напоминает о детстве - меня учили драться на них.
Детство.
Я мысленно усмехнулась. У меня его не было.
И снова этот голос: "Начали!".
Феликс не стал торопиться. Я тоже не спешила нападать.
Но мы ударили одновременно. Наши оружия встретились, останавливая друг друга. Я пнула Феликса, он отшатнулся, и тогда я ударила его с размаху одним из саи. Феликс чуть увернулся, и лезвие ранило гвардейца, но слабо - распоролась футболка, а на коже - чуть кровоточащая царапина.
Феликс пошёл в атаку. Я не мешала, только отбивала удары и дала сбить себя с ног. Уворачиваясь от кинутого в меня клинка, кувыркнулась назад, потом вперёд, поднимая вражеское оружие и тут же, вскакивая на ноги, в воздухе ударила Феликса ступней в нос.
Феликса схватился за лицо. Наверняка, перелом.
Там, откуда я, нас учили технике древних восточных Воинов. Мы знали, как прикосновением убить, как нажатием точки усыпить или парализовать, как легким удалом ладонью сломать шею или отключить руку.
Но для этих людей эти техники - вымысел или утраченные знания.
Я не могу ими пользоваться так открыто.
За это меня могут судить Дома. И казнить.
Я вспомнила одну из казней, которую видела в шесть лет.