Примечание Дэвида З.: Показания Сильвии из отчёта, но без точной даты — Эрл пишет «1995», но это после смерти Лоры, так что, наверное, он опрашивал позже. Бедная девчонка, держалась из последних сил, а взрослые просто махнули рукой. Я сам в детстве бегал с синяками, но тут другое — она же страдала.
В июле 1994 года Мигель Торрес, опекун Лоры, погиб на складе стройматериалов в Хьюстоне. Ему было 34 года. Согласно полицейскому отчёту, 12 июля 1994 года, около 14:00, Мигель загружал бетонные блоки на грузовик, когда неисправный строительный кран сорвался с троса. Кран ударил его по голове, смерть наступила мгновенно от черепно-мозговой травмы. Полиция описывает: тело найдено под обломками, лицо закрыто пылью, рядом валялись осколки бетона и кассета с мексиканской музыкой, которую Мигель слушал в кабине. Свидетель, рабочий Хорхе Гонсалес, вызвал 911, но было поздно. Полицейский фотограф зафиксировал сцену: Мигель лежал в луже крови, в рабочей рубашке и кепке с логотипом Houston Astros.
Примечание Дэвида З.: Отчёт точный, дата — 12 июля, но Эрл пишет «лето 94-го», будто не проверял. Читаю это, и в глазах темнеет — Лора потеряла единственного родного человека. Каково это, в 9 лет остаться одной? Я бы на её месте не знал, как жить дальше.
После смерти Мигеля Лору забрала дальняя родственница, Анна Торрес, 42 года, медсестра в местной клинике. Анна жила в квартире в двух милях от Ист-Энда, где Лора спала на раскладном диване. Анна заметила, что Лора стала ещё тише, часто сидела с книгой, но не читала, а просто смотрела в одну точку. Сильвия и Тереза продолжали навещать её, приносили комиксы про X-Men и делились конфетами, но Лора, по словам Сильвии, «будто потухла». В школьном журнале (осень 1994) мисс Гомес писала: «Лора перестала писать рассказы, но держит тетрадь при себе, как талисман.»
Примечание Дэвида З.: Запись мисс Гомес — из журнала 1994 года, но Эрл не уточняет, как нашёл подруг Лоры. Наверное, ходил по школе, выспрашивал. Я представляю эту девочку с её тетрадкой, и сердце рвётся — она держалась за свои мечты, а жизнь всё рушила.
Лора продолжала жаловаться на головные боли, которые становились сильнее. Анна, в отличие от Мигеля, повела её в клинику в ноябре 1994 года, но врач, доктор Робертс, сказал, что это «мигрень от стресса» и выписал парацетамол. Сильвия вспоминала, что Лора иногда не могла играть, сидела на скамейке и шептала: «Голова гудит, как радио.» Тереза пыталась её развеселить, рассказывая про новый клип Уитни Хьюстон на MTV, но Лора только слабо улыбалась. К январю 1995 года она почти не ходила в школу, пропуская уроки из-за слабости.
Примечание Дэвида З.: Показания Сильвии и данные клиники — из отчёта Эрла, но он не указал, как добыл информацию о враче. Может, Анна рассказала? Бедная Лора, никто не видел, что с ней творится. Я сижу тут, в своём офисе, и чувствую себя никчёмным, что не могу ничего изменить.
Лора была госпитализирована 20 января 1995 года в больницу Texas Medical Center, Хьюстон, после того как потеряла сознание в квартире своей родственницы Анны Торрес в районе Ист-Энд. Согласно полицейскому отчёту, Анна, медсестра, вызвала скорую в 15:20, когда нашла Лору лежащей на полу в гостиной, с судорогами и пеной у рта. Скорая прибыла через 12 минут, Лору доставили в отделение экстренной помощи. Соседи, собравшиеся у дома, дали показания полиции, заметив странности в её внешности в последние недели, которые только усилились в день госпитализации.
Соседка, миссис Роза Альварес, 66 лет, жившая через дорогу, рассказала полиции: «Лора выглядела, как привидение, последние пару месяцев. Кожа была белая, почти прозрачная, будто светилась, особенно вокруг глаз. А глаза — они стали какие-то большие, зрачки огромные, как у кошки ночью. Она приходила ко мне за конфетами, но в последние дни только сидела на крыльце, смотрела в пустоту и держалась за голову.» Миссис Альварес добавила, что в день, когда Лору забирали, её волосы, обычно тёмные и густые, казались тонкими, почти седыми, хотя девочке было всего девять. «Я подумала, это от стресса, она же Мигеля потеряла, но это было не по-человечески», — сказала она.
Примечание Дэвида З.: Прозрачная кожа, огромные зрачки, седеющие волосы у ребёнка? Это не стресс, это что-то ненормальное. Может, её чем-то травили в том районе? В Ист-Энде склады с химикатами на каждом углу, кто знает, что там в воздух попало. Я сам в Бруклине видел, как свалки воняют, и дети потом кашляют.
Другой сосед, Хорхе Гонсалес, 38 лет, механик, стоявший у дома, когда скорая увозила Лору, заметил: «Она была лёгкая, как пёрышко, когда санитары её несли. Я видел её лицо — оно было не детское, будто старуха в теле ребёнка. Глаза открытые, но пустые, и кожа серая, как асфальт после дождя. А ещё она что-то бормотала, пока её клали на носилки, но слов не разобрать, как будто на чужом языке.» Хорхе добавил, что за неделю до этого видел, как Лора споткнулась на улице, пытаясь идти, и её руки дрожали, словно у больного Паркинсоном.