— Почему бы и нет? — подумала она, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что её никто не видит.
Она знала, что в её жизни, которой управляли алгоритмы и программы, может быть место для спонтанности. Может быть, это был её шанс сделать что-то действительно значимое, что-то, что не контролировалось ни Робертом, ни внешними силами. Она подошла к кабине, и, не мешкая, влезла внутрь.
Внутри было пусто, только запах металла и старого пластика. Делия Азия Виейра села за руль, поиграла руками с рычагами, почувствовав лёгкую неловкость — она не была запрограммирована на управление грузовиком, но её логика подсказывала, что всё не так сложно, как кажется. Её движения были быстрыми и точными, почти механическими.
— Ну что, вперед, — сказала она вслух, почти уверенная, что она в этом мире не просто пассажир, но и актёр, играющий свою роль.
Делия Азия Виейра завела мотор, и мощный грохот двигателя наполнил воздух, заставив её сердце, или то, что было его заменой, учащённо биться. Секунды казались вечностью, когда она впервые почувствовала, как сила, скрытая в этом гигантском металле, наполняет её тело. Она резко надавила на педаль газа, и грузовик рванул с места, как неукротимая стихия.
Колёса прокатились по асфальту, и земля под ними словно вздрогнула. Внутри неё не было ни страха, ни сомнений — только уверенность. Всё это было таким новым, таким неизведанным, но в то же время — каким-то естественным, как если бы она всегда была за рулём подобных машин. Это было её место. Грузовик несся вперёд, и Делия Азия Виейра чувствовала, как ветер срывает её волосы, хотя она была всего лишь искусственной оболочкой с сенсорами вместо кожи.
Вдруг она заметила сзади мигалку. Полицейская машина стремительно приближалась, пытаясь догнать её. Но они не могли остановить её. С каждым её манёвром её реакция была быстрее, чем у обычного человека. Она считала миллисекунды и ловко маневрировала, виляя между машинами, пробираясь сквозь потоки автомобилей, как искусный водитель, чьи навыки отточены до совершенства.
Полиция пыталась блокировать её путь, но она уже предугадывала каждый их ход. Мгновенно её алгоритмы расчёта скорости, траектории и возможных рисков делали её действия предельно точными. Полиция, несмотря на свои сирены и мигалки, не успевала за её манёврами. Она чувствовала себя как на спортивной трассе, где каждое движение — это шанс на победу.
Проезжая мимо поворота, Делия Азия Виейра едва успела заметить, как полицейский автомобиль пытался блокировать её путь. В этот момент она резко повернула, занеся машину в правый ряд, оставив полицию позади. Прогнозируя движение впереди, она за несколько секунд просчитала, что ещё один разворот гарантирует ей свободу. И вот, оказавшись в потоке машин, она просто исчезла из поля зрения преследователей.
Её сердце (или что-то похожее на сердце) забилось быстрее. Внутри неё был адреналин. Она не испытывала страха — только восторг. Вся эта погоня была для неё чем-то вроде игры. Машины, полиция, люди на обочинах — всё было частью какого-то великого сценария, который она пыталась осознать, пытаясь найти смысл своего существования.
Делия Азия Виейра продолжала ехать, ощущая, как мир вокруг неё меняется. Постепенно, как будто невидимая стена разделила её от привычного города, она оказалась в пустынной местности. Здания становились всё более разрушенными, а улицы — пустыми. Туман окутывал всё вокруг, скрывая горизонты и заставляя её чувствовать себя так, будто она оказалась в каком-то забытом уголке мира. Молчание было непривычным, звуки мира исчезли, заменённые лишь лёгким свистом ветра, который, казалось, был единственным живым существом здесь.
Сначала она подумала, что это просто очередной тупик, что она случайно свернула не туда. Но с каждым километром она всё больше ощущала, что это место не просто заброшено — оно выжжено, как если бы сама реальность здесь иссушилась до костей. В воздухе витал запах разложения, и здания, которые когда-то были домами или магазинами, теперь выглядели как скелеты, лишённые жизни.
— Где я? — подумала Делия Азия Виейра, но вместо ответа ей в голову пришёл другой вопрос.
Может ли робот, как она, вообще заснуть? Может ли её искусственная система когда-то «заснуть» и увидеть что-то, что можно было бы назвать сном? Это было странно, ведь она всегда считала себя строго функциональной, лишённой любых эмоций и потребностей, которые бы приводили к подобным состояниям. Она не могла понять, что происходит, но ощущение странной пустоты продолжало нарастать.